и … болью

пастор

8 признаков, что вы под духовной атакой

  
Раньше те, у кого случались сердечные приступы, имели очень небольшой шанс выжить по той причине, что сначала, не понимая, что с ними происходит, игнорировали симптомы, а потом уже было слишком поздно.
Впоследствии, с развитием медицины, приближающийся приступ стали определять по таким первыми признакам, как дискомфорт или ощущение сдавливания в груди, боль в одной или обеих руках, сбивчивое дыхание. Рост осведомлённости о предупреждающих симптомах значительно увеличил уровень выживания среди пострадавших от сердечных приступов.
Подобно сердечному приступу, многих христиан духовные атаки, кажется, застают врасплох. Для того, чтобы устоять во время духовных атак, крайне важно уметь распознавать их первые предупреждающие признаки:
1. Утрата духовной страсти.
Цель любой духовной атаки в том, чтобы не позволить произойти тому, что в вашей жизни запланировал Бог. Вот почему первый предупреждающий признак атаки – это утрата духовной страсти. Эмоции не всегда главное, но, согласитесь, есть разница, когда мы делаем что-либо только потому, что так надо, и когда делаем это с удовольствием. Когда вы наслаждаетесь пребыванием в Господе, ничто не может сравниться с этим. Любящий Бога находит удовольствие в Божьих процессах.
2. Физическая усталость.
Второй предупреждающий знак — физическая усталость. Я знаю, что это звучит не слишком духовно, но не забывайте, что мы сотворены так, что состоим из духа, души и тела. Если моё тело слабо, то это позволяет некоторым вещам проникать в мой мозг (душу), что, в свою очередь, влияет на мой дух. Чаще всего мы подвержены самым сильным атакам непосредственно перед значительным прорывом или же сразу после крупной победы. Будьте внимательны, когда вы проходите через что-то подобное – атака может быть отличным индикатором того, что вы либо на пороге прорыва, либо уже одержали духовную победу.
  
3. Атака нуждой.
Третий признак того, что вы подвергаетесь духовному нападению – «атака нуждой». Бывает такое, когда кажется, что все ваши материальные ресурсы иссякли одновременно. В такой ситуации враг атакует, пытаясь заставить вас отвести взгляд от Бога и сосредоточиться на деньгах. Если он добьётся того, что вы будете тревожиться, вместо того, чтобы поклоняться, то вы начнёте принимать решения, основанные на имеющихся возможностях, а не на помазании. Всегда помните, что в вашей жизни есть два периода, когда вы более всего уязвимы перед лицом искушений: когда у вас ничего нет, и когда у вас есть всё. Оставайтесь близко к Богу во всякие времена – в плохие и в хорошие.
4. Ослабленная молитвенная жизнь.
Четвёртый признак, что на вас совершается духовное покушение – ослабление вашей молитвенной жизни. «Так ли не могли вы один час бодрствовать со Мною?» — спросил Иисус своих учеников. После Он сказал им, «бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна». (Матф. 26:40-41).
5. Вы чувствуете себя подавленными и беспомощными.
Чувствуете ли вы себя сдавленными под прессом ваших обстоятельств? Это может быть признаком того, что вас атакуют. Само слово «обстоятельство» состоит из двух частей «об» (означает окружать), и «стоять». Другими словами, вы как бы стоите в окружении того, что происходит. Не требуется много, чтобы почувствовать себя угнетённым и бессильным. Библия говорит: «Надежда, долго не сбывающаяся, томит сердце, а исполнившееся желание — [как] древо жизни» (Притчи 13:12). Также говорится: «Вера же есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом» (Евр. 11:1). Если враг добьётся того, что вы потеряете надежду, он может добиться того, что вы прекратите жить по вере.
6. Возвращаются старые привычки и способ жизни.
Шестой признак духовной атаки — старые беззакония снова всплывают на поверхность в вашей жизни. Что это за беззакония? Это могут быть те ваши старые привычки и состояния, в которые тянет вашу душу, если в делах не всё гладко, это то, что потворствует плоти. Если такое начинает происходить, не пренебрегайте предупреждающим обличением Святого Духа.
  
7. Уход от благочестивого общения.
Когда вас искушают прежние беззакония, то неизбежно последует следующий признак духовной атаки — уход от общения с благочестивыми людьми. Присмотритесь, не прекратили ли вы общаться с людьми из вашей церкви или группы? Не окружают ли вас всё больше люди с плотским мышлением, а не духовным? Если да, то вы забрели на поле битвы, и враг уже навёл на вас прицел.
8. Пять «не», сокрушающих атаку врага.
Когда вам нужно будет противостоять вражеской атаке, вспомните про наши пять «не».
— Не забывайте, кто вас сотворил. Бог сотворил вас. Он снарядил вас всем необходимым, и с Ним вы преодолеете все трудности.
— Не пренебрегайте место и время молитвы. Две вещи, которые жизненно важны для успешной молитвенной жизни – время в молитве и место для молитвы.
— Не покидайте место силы. Ваша церковь является этим местом.
— Не игнорируйте силу коллективной поддержки. Хорошо быть среди людей, которые дольше прожили, больше сделали и способны мудро рассуждать.
— Не отсоединяйтесь от пасторского заступничества. Я часто видел людей, подвергавшихся атаке, которых мне хотелось приблизить к себе и помочь, но они отказывались. Не ждите, пока враг разорвёт вас на части, чтобы начать просить о помощи тех, кому даны пасторские полномочия в вашей жизни.
Если вы под атаками, то вы можете вооружиться против замыслов врага, снарядиться во всеоружие, чтобы бороться и победить!

Из книги «Дух Питона – разоблачение плана сатаны как выжать из вас жизнь» Джентезена Франклина. Эта книга поможет вам распознавать и давать отпор стратегиям врага, а также поможет вам получить Божье избавление и восстановление в каждой сфере вашей жизни.

Автор — Джентезен Франклин / charismamag.com


Перевод — Анна Вельшинская для ieshua.org

Share

ЗАЧЕМ ТЫ НАМ НУЖЕН?

IMG_1042

Послание сыну…

Знаешь, посмотрел фильм Голгофа с Бернардом Глисом в главной роли и от одной фразы подвис на несколько недель. Помнишь как пастырь сидит в пабе и к нему подходит женщина гуляющая с африканцем? Она говорит ему, что вновь идет изменять мужу, на что тот ничего не отвечает. Она ему: вы же должны меня останавливать!!! Он ей: ты сама должна остановиться. Она с презрением: тогда зачем ты нам нужен!?

Вот именно этот вопрос меня и подвесил. И надолго, надо сказать. Я всерьез задумался над ролью пастора. Может быть это покажет меня как не совсем зрелого служителя, но, извини, что есть то есть.

Писание говорит о роли пастырей в основном в двух важных выражениях:

  1. Блюсти стадо (1 Петра 5:2);
  2. Готовить святых на дело служения (Еф. 4 12);

Не о богословском значении говорю, а о простом нашем…

так вот пасти стадо — это мне знакомо, ты знаешь, что я когда то давно этим занимался немного. Что входило в обязанности пастуха? Три простые вещи:

  1. Кормить
  2. Поить
  3. Защищать

Кормить

Едят, как не странно овцы самостоятельно. И, хочу заметить, без принуждения. Собственно процесс кормления имеет две ярко выраженные фазы, а именно летнюю и зимнюю. Летняя фаза для пастуха ограничивается выгоном поголовья на пастбище, которое предписано для этого сверху. На этом пожалуй и все. Овцам придется есть самостоятельно. Зимняя фаза немного сложнее. Нужно приготовить корм согласно нормам данным оттуда же — сверху и разложить по кормушкам. Процесс более трудоемок, но все же прост.

Как видим, роль пастора в данном процессе заключается в послушании Богу, он не сам выбирает пастбище, а ведет туда, куда направляет Господь. Только и всего. Кормовую смесь тоже готовит не сам, а по «рецепту». Главная задача летом привести куда надо, а зимой дать, что говорят.

Куда ведет пастор овец Господних? Не к великой победной Цели, не к достижению результатов и не к покорению вершин. Он ведет их на злачные пажити, т.е. покушать. В оригинале 22 Псалма говорится о том, что пастырь ведет овец на поле с молодой травой. Свежее откровение!!! Не пережеванная, переработанная, пожухлая трава, а свежая зелень.

Пастор просто открывает поле для откровения. Не сажает его, не культивирует, не готовит, просто приводит. Мы не инициируем откровение, не готовим, просто получаем и ведем. Как это выглядит практически? Просто. Нужно увидеть, услышать, почувствовать от Господа ту тему, направление, веяние, которое необходимо. Например. Что Дух говорит Церквам? Что важно сегодня, сейчас? Не конкретно, а вообще.

Многие упрекают в отсутствии конкретики. Не всегда она нужна. Часто нужно просто привести тебя на поляну с зеленой молодой травой свежего откровения. А конкретизировать ты должен сам. Срывать и жевать, срывать и жевать. Докапываться до сути, искать ответы — это не труд пастора, — это твой труд. Не стоит ждать, что все ответы принесут на блюдечке с голубой каемочкой или с золотой, точно не помню. Принесут только разочарование. Ответы перед тобой — жуй!

Зимняя пища более груба. Это смесь сухой травы, кислого силоса и соли. Чем собственно зима отличается от лета? В духовном плане? Зима — это время охлаждения отношений, сухости и разочарования. Лето — время подъема и воодушевления. Не секрет, что вся наша жизнь это круговорот времен года. Только я бы не стал делить год на четыре части, как это делают люди, а только на две: зима и лето. Зима у меня бы начиналась где то в ноябре, а заканчивалась в марте, лето, соответственно с апреля по октябрь включительно. Лето начинается с оживления, а заканчивается сорванными плодами… Зима стартует с увядания, а заканчивается оттепелью. Но о духовных временах года мы поговорим позднее.

Давай вернемся к зимней пище овец. Она состоит из сена, силоса и соли. Не самый лучший рацион, но единственный доступный в это время. Это не лучшее время. Когда мы находимся на спаде и,как нам кажется, нуждаемся в свежем откровении, Бог дает нам есть сухую траву прошлогодних откровений.

Помнишь что говорит Господь, когда в жизнь Израиля была на спаде:

«Буду вспоминать о делах Господа; буду вспоминать о чудесах Твоих древних…» (Псалтирь 76:12);

Это Давид, и Моисей говорит похожее:

«Вспомни дни древние, помысли о летах прежних родов; спроси отца твоего, и он возвестит тебе, старцев твоих, и они скажут тебе» (Книга Второзаконие 32:7);

Есть еще пару тройку мест, но сходу я их не найду. Но уверен, что посыл ты понял. Когда мы не на высоте, нужно пожевать старое сено, т.е вспомнить о том, что Бог говорил нам, что делал для нас, что делал через нас. Возможно поднять из глубин памяти то, что там было сложено. Помнишь как написано Марию, мать Христа? Она все складывала все в сердце своем. Мы часто поступаем так же. Что то применяем, а что то оставляем про запас. Зима, — это время пожевать старое, приготовленное на это время.

Роль пастуха в этом кормлении двояка. Сначала приготовить траву и сохранить откровение, а потом, когда придет зима, дать его овцам. Давать регулярно, пока не наступит лето.

Поить

Овцы нуждаются не только в еде. Им нужна влага. И если летом они могут пить только два раза в день, то зимой вода в поильниках должна быть постоянно. Чем суще пища тем больше потребности в воде. Чем труднее жизнь, тем больше мы нуждаемся в Духе Святом.

И здесь роль пастора настолько ограничена, что даже и сказать то нечего. Давид говорит, что пастор водит к водам тихим. Он водит, а пить нужно самим. Скажешь опять то же самое? Да, ты прав.

В оригинале написано «воды покоя». Дух Святой успокаивает нас. Он делает это. Какова наша роль? Мы не создаем «атмосферу Духа», не активируем дары. Мы лишь даем овцам возможность пить.

И опять же, этот процесс разделен на зимний и летний. Если летом овцы, как правило, пьют из реки или другого естественного водоема, то зимой это оборудованные поилки.

Летом задача пастора не просто вовремя напоить стадо, но и найти наиболее спокойное и просторное место, где овцы смогут пить спокойно. Как то я наблюдал как овцы, которых я должен был напоить кидались к воде толкая, давя друг друга и задние сталкивали передних в реку. Моя ошибка состояла в том, что я выбрал слишком узкое место в котором не могли поместиться все или по крайней мере большинство. Это и есть «водить к водам покоя».

Овцы любят пить все сразу, а не по очереди. Как это похоже на нас! Мы так же торопимся к своему благословению и иногда так «стараемся», что сталкиваем и топчем других, особенно, если они прибежали первыми. Зависть. Страшный порок. Им движимы самые коварные и злобные зверства творимые под маской благочестия. Помнишь как Пилат раскусил ребят из синедриона, увидев, что Иисуса предали из зависти?

«…ибо знал, что предали Его из зависти» (Св. Евангелие от Матфея 27:18);

Как только ты видишь «толкающего» своих и топчущих, то знай, что ими движет зависть. Их мучает один вопрос: «Почему Бог избрал именно его?» Ты ведь тоже задавал Богу этот вопрос? Я точно задавал. Он еще не такой опасный. А вот вопросик типа «Почему не меня?», уже попахивает завистью и грозит проблемами.

Почему Бог через него действует так сильно? Почему через него исцеляет? Почему говорит? Почему не Я!? Я тоже хочу!!! Помни, что придет твое время. Господь — пастырь наш и Он позаботится о том,чтобы напились все. Не только самые проворные, не только самые сильные и здоровые, а ВСЕ!!!

Это летнее веселье. Оно особенно сильно проявляется в начале лета, когда овцы жаждут больше всего. Потом они успокаиваются и не так толкаются. Ранги определены и сильные и жирные идут первыми. Слабаки и доходяги смиренно ждут своей очереди.

Зимой все проще. Нет таких страстей, потому, что вода есть всегда. Ее не так много, но она есть. Забота пастуха в том, чтобы следить за ее свежестью. Она застаивается. А поскольку сидящие в загонах овцы начинают к середине зимы невероятно вонять, то запаха затхлой воды не чувствуется настолько остро и можно прозевать…

Если вода не проточная, то такая опасность весьма реальна. Если мы не направляем действие Духа Святого на созидание, а употребляем исключительно для себя, то тем самым превращаем ее в жижу псевдо христианской духовности. Отсюда растут ноги лжепророчеств, ереси и всевозможных духовных практик, не имеющих ничего общего с Писанием.

Заметь, что это происходит именно когда мы на спаде. Мы нуждаемся. А когда мы нуждаемся, то думаем, что нуждаемся больше прочих. Это опасно. И поэтому роль пастора в том, чтобы постоянно менять воду. Поддерживать свежесть, доливать… Но пить придется самостоятельно. Пастор ответственен только за то, что пьют овцы.

И воду нужно брать не в соседнем пойле и не в большой емкости, где она не так провонялась, как в узком овечьем корыте, а в реке. Не взирая на холод, лед и ветер. Правда мы редко наведывались к реке зимой, разве что когда насос замерзал…

Что делать если сам пастор находится не лучшем состоянии духа? Тогда беда. Такого поналивает, что до лета можно и не дожить.

Защита

Вот тут и возникает вопрос с защитой. Правда, как правило, это ассоциируется у нас с волками. А иногда с волками в овечьей шкуре или как написано в Евангелии от Матфея в «одежде овцы». Это образное выражение означает, что они приходят как овцы, т.е. пахнут как овцы. Почему именно пахнут? Потому, что овцы невероятно близоруки. Странно? Да, возможно, но это факт. Поэтому запах так важен для них. Я видел как однажды ранней весной, как только сошел снег, а вернее только начал сходить к нам подкрался волк. Правда закончил он не очень хорошо, но не об этом история. Он подкрался к загону и стал тереться всем телом об овечий навоз, который мы выбрасывали из базов из-за его переизбытка. Вдоволь навалявшись он перепрыгнул ограду.Овцы не испугались. Но, по всей видимости он не достаточно тщательно перемазался продуктом переработки сена овцами и был разоблачен, что привело к его безвременной кончине. Овцы его просто затоптали. С тех пор я сильно сомневаюсь в том, что милые барашки такие уж безобидные.

Волк может утащить разве что ягненка. Что гораздо серьезней и наносит гораздо больше ущерба — это болезни. Духовные болезни чаще приводят к смерти овец чем дикие животные. Всевозможные ереси, обольщения, увлечения и проч. уносят жизни множества овец. Вот здесь и нужна защита пастора. В чем она должна заключаться? Да, все банально и просто. Нужно содержать хозяйство в чистоте.

Духовная зараза как и обычная таится и размножается в нечистоте. Если видишь нечистоту, то жди болезнь. Где нет святости, там нет и защиты. Поэтому чистить нужно регулярно. И лучше чтобы овцы привыкли к тому, что их периодически гоняют с места на место, для того, чтоб прибрать за ними их же говно.

Но и тут есть одна проблема. Святость — это личное дело каждого, а не ответственность пастора. Поэтому он отвечает только за то, чтобы разгребать, а не за то, чтобы они не гадили. Лечить тоже не его роль. Это делает Бог. К реальным овцам я вызывал ветеринара.

Страшней болезней только сами пастыри. Не поверишь, но рук пастухов гибнет больше овец чем от всех описанных мной напастей вместе взятых. Посуди сам: за зиму волк мог утянуть пару ягнят; болезнь уносила десяток а мы по неосторожности или недосмотру голов десять и съедали столько же.

Когда пастор не на высоте, его дух угнетен, он устал или болен, то стадо нужно защищать от него самого. У нас был пастух Славко, когда напивался, то на работу просто не выходил. Говорил, что когда пьян, то овцам просто лучше быть съеденными волками. Он был разумным. По сравнению с некоторыми пасторами.

«Неужели не вразумятся все, делающие беззаконие, съедающие народ мой, как едят хлеб, и не призывающие Господа?» (Псалтирь 13:4);

Интересный отрывок, правда? Когда пасторы начинают поедать овец, — это беззаконие. Этот процесс заканчивается разрывом отношений с Богом.

Наверное это самое трудное — защищать овец от нас же самих. Здесь просто должностными обязанностями не обойтись. Здесь совесть нужна, а она за годы служения могла и поистрепаться. Или заснуть. Или вообще можно было решить, что овцы для того и блеют, чтобы на шашлык пойти.

Ну и последний враг — это стригали. Так мы их называли. Самое опасное время — это стрижка. Многие овцы получают раны и в них мухи откладывают личинки. Те проедают овцу насквозь. за стрижку может погибнуть до сотни овец.

Пастор не призван стричь овец. Он призван наблюдать за стригущими. И бить по рукам. А потом вынимать опарышей и мазать вонючей черной гадостью, названия которой я не помню, хотя запах стоит в ноздрях мои прямо сейчас, как только начал об этом вспоминать.

Что то я разошелся, смотрю четыре страницы написал. Много. Думаю, что не дочитаешь до конца то. Просто помни, что пастор — это не заместитель Иисуса Христа, а пастух, который ведет туда куда ему говорят, кормит тем, что ему дали, поит тем, что течет сверху в низ и защищает убирая навоз. И за все это получает презрение нагадивших.

Люблю тебя.

Александр Величко — О насущном с верой

Share

Мы можем быть посреди пробуждения и пропустить его


Andrey Marina Mironov

«Мы можем быть посреди пробуждения и пропустить его.

Много лет назад, когда было пробуждение в Пенсаколе, я приехал туда с жаждой Бога.

Каждое служение было в силе и огне. Я сидел на служениях, переживая Бога, и видел, как люди переживали Бога. И кто-то подошел ко мне и сказал: “Пастор, нам нужна ваша помощь”. Я пытался отказаться, потому что был на том месте не чтобы служить, а чтобы получить. Но они настаивали. Я пошел с ними, и они привели меня к одному пастору, в церкви которого было 10-12 тысяч человек. Я спросил, чем я могу помочь. Пастор сказал: “Я из Техаса. В нашей церкви пробуждение. Люди переживают Бога, Дух Святой движется. Но я ничего не чувствую. Я чувствую себя мертвым. И я зол на свою церковь, потому что все переживают прикосновение Божье, а я, пастор, – нет. Я приехал сюда, чтобы что-то пережить, но снова ничего не чувствую”.

Пока он говорил, я молился и просил Бога показать, что происходит. И Бог сказал: “Я не знаю его”. Я стоял в полном недоумении. И не говоря о том, что мне сказал Бог, я спросил пастора: “Вы когда-то просили Иисуса прийти в вашу жизнь и стать Господом и Спасителем?” Он посмотрел на меня так, что если бы надменность имела способность убивать, я бы лежал мертвым. Он ответил: “Я – пастор”. Я повторил свой вопрос. “Вы имеете в виду молился ли я молитвой покаяния? Я всегда был христианином!” – сказал он с интонацией недовольства и высокомерия.

Мы не становимся христианами, если мы росли в верующей семье, или если мы ходим в христианскую церковь. Мы становимся христианами тогда, когда приглашаем Иисуса войти в наше сердце.

Поэтому я снова сделал попытку и задал ему прежний вопрос. На этот раз он ответил “нет”. Я спросил не хочет ли он отдать свою жизнь Иисусу Христу. “Вы шутите?” – сказал он. “Нет, – ответил я. – Вы не спасены”.

Если бы я был без Духа Святого, мой мозг доказывал бы мне, что я предельно туп…учитывая еще и то, что тот пастор был намного старше меня… Я сказал, что если он помолится молитвой покаяния из глубины его сердца, Бог прикоснется к нему, и он начнет переживать то, что не переживал прежде. И пока он повторял за мной простую молитву покаяния, слезы начали течь по его щекам. И тут же он начал молиться на иных языках, пережив крещение Духом. Огонь Божий сошел на него, и он начал прыгать и кричать: “Сейчас я знаю, что есть у моих людей! Сейчас я понимаю это! Я получил это! Я получил это! Я получил это!”

Вокруг вас может быть пробуждение, но вы можете ничего при этом не почувствовать. Вы будете смотреть на Божьи вещи и говорить, что это странно, это дико. Вы не сможете получить то, что есть для вас у Бога, если Бог не будет владеть вашим сердцем. Все, что Бог хочет от вас, – это ваше сердце. Целиком».

Тод Холмс (один из пасторов церкви Родни Ховард-Брауна, декан библейского института)

Share

Служения в церкви – это такой отвлекающий маневр?

IMG_5433.JPG

Не позволяйте церковным служениям мешать вашей церкви быть Церковью.

Иногда у хороших начинаний бывают пренеприятнейшие и опасные последствия.

Я – пастор, поэтому всегда стараюсь вовлечь людей в служения нашей поместной церкви: регулярно посещать собрания по воскресеньям, присоединиться к какой-нибудь малой группе для подотчетности и ободрения, совместно изучать Библию и наладить свою молитвенную жизнь.

Но в последнее время я прихожу к выводу, что мне стоит пересмотреть свою тактику.

Несомненно, все вышеперечисленные вещи очень важны для личного следования за Христом, но для некоторых заявляющих о своей вере во Христа людей они стали неким отвлечением от главного, муляжом, который выглядит правильно и привлекательно, но позволяет верующему человеку не делать ничего, не подвергать себя опасностям и неудобствам служения и любви к тем, кто вне Церкви.

Церковь без «привилегий»

Ни для кого, кто хоть какое-то время соприкасался с жизнью поместной церкви, не секрет, что церковные мирки могут быть весьма закрытыми и изолированными, с ярко выраженными тенденциями к самосохранению и «зацикливанию» на себе. Особенно это касается церквей больших и «успешных».

Да, мы по воскресеньям слышим проповеди про «идите, научите все народы», «нужно завоевать этот мир для Христа» или «пора найти и спасти погибшее», но одновременно становимся чересчур заинтересованными в том, какие услуги и «льготы» мы можем получить как члены нашего «религиозного клуба». В какой-то момент церковь перестает для нас быть местом подготовки для нашего личного служения «благовестия и любви» к потерянному миру, мы начинаем думать лишь об одном: получать, получать и… еще раз получать.

Сколько занятий на тему высказываний Иисуса о «необходимости стать слугою для всех» вам нужно, чтобы, наконец, сделать попытку стать таковым?
Каждую неделю мне как пастору действительно очень хорошей общины дана привилегия своими глазами видеть, как происходят великие чудеса во время наших собраний. Кто-то впервые узнает о Божьей любви, кто-то заявляет о своем обновленном посвящении своей семье, супругам и детям, кто-то радуется победе над зависимостью, кто-то возвращается, как блудный сын, от греховных путей в лоно Отца. Иногда от общего пения, иногда от чьего-нибудь захватывающего свидетельства, иногда от очень мотивационной проповеди – люди искренне радуются. Бывает, что эта эйфория наполняет весь зал и кажется, что Божье присутствие можно потрогать рукой.

Но так же часто, пока это все происходит, во время таких моментов, я начинаю думать о том, что остается за стенами нашего храма, в каких-нибудь ста метрах от него.

Кому-то больно.

Чей-то брак разрушается.

Чьи-то дети голодают. Кому-то не хватает еды, кому-то внимания. Кому-то и того, и другого.

Депрессия, страх и мысли о самоубийстве завладевают умами подростков.

Люди пьют, чтобы ничего не чувствовать.

Режут вены, потому что не видят выхода.

Смотрят порнографию, чтобы заменить любовь.

Сидят в социальных сетях, чтобы забыться.

Они терпят работу или учебу, день за днем, и каждое утро ищут весомую причину вставать с постели.

Они потеряны, у них нет цели и нет надежды.

И все это время ни один из них не задается вопросом: «Как бы сделать так, чтобы сотни христиан в соседнем храме, наконец, нашли свою малую группу».

Вторгнуться в пространство

На самом деле они ждут. Ждут, когда кто-нибудь вторгнется в их пространство, в их повседневность, и даст им причину продолжать жить. Они ищут нас, у которых есть то, что им нужно, которые знают то, что нужно знать. Они ждут, что мы выйдем из своих христианских клубов, за рамки своих христианских мирков, и принесем им, наконец, великую любовь Христа. Они ждут, что мы из своих святых коконов вылупимся и начнем что-то делать.

А мы тем временем начинаем очередную 12-недельную серию занятий о том, как Бог возлюбил мир.

Сколько занятий на тему высказываний Иисуса о «необходимости стать слугою для всех» или «о необходимости любить врагов и благословлять проклинающих» вам нужно, чтобы, наконец, сделать попытку жить, как Господь заповедал?

Сколько толкований Писания вам нужно услышать, чтобы окончательно понять его смысл и отправиться любить «меньших сих»?

Друзья, я думаю, Иисус смотрит на Свою церковь сегодня и задается вопросом: «Сколько еще воскресных богослужений нужно, чтобы ты уже начала делать то, что я прошу?»

Не позволяйте церковным служениям мешать вашей церкви быть Церковью.

Жизнеспособность общины

Я ни в коем случае не утверждаю, что община не важна, или что богослужения и малые группы не являются основой для человеческой трансформации и духовного роста. Потому что они таковыми и были для меня лично. И не только для меня.

Но я также видел, как они становились для кого-то духовными костылями, местом, где только говорят и говорят красивые слова об Иисусе. Это происходит год за годом. И люди прячутся за этими разговорами от конкретного призыва идти по Его стопам, за рамки «удобного», в мир, неуютный и неустроенный.

Итак, собирайтесь вместе, пойте, разделите друг с другом это воскресенье. Изучайте Писание и молитесь вместе. Несите бремена друг друга, разделите вместе хлеб и найдите слова ободрения друг для друга.

Просто не ждите слишком долго момента, когда у вашей веры, наконец, вырастут ноги, а ваши молитвы станут осязаемыми.

Не позволяйте своему пребыванию в Церкви слишком долго мешать вам быть Церковью.
ieshua.org
Автор — Джон Павловиц / johnpavlovitz.com
Перевод — hristiane.ru

Share

Пастор, Джорж Формэн. Чемпион мира

20130822-171651.jpg

ДЖОРДЖ ФОРМЭН — пастор, двукратный чемпион мира по боксу, один из величайших тяжеловесов всех времен, рассказывает о своем обращении к Христу:

— Это случилось в Пуэрто-Рико после боя с главным претендентом на чемпионский титул Джимми Янгом, — рассказывает Формэн. — Этот бой должен был дать мне шанс вернуть себе пояс чемпиона. Победа снова сделала бы меня приемлемым соперником для Мохаммеда Али. Бой я проиграл по очкам, но не был очень уж сильно побит. Так вот, я сидел в раздевалке и вдруг… оказался при смерти. Почувствовал, что умираю. Помню, как это случилось.

Я сказал кому-то: плевать мне, мол, на поражение. Я Джордж Формэн, я могу хоть завтра уйти из бокса, уехать на свое ранчо, спокойно жить и умереть. И это слово — «умереть» — меня вдруг страшно удивило. Это еще откуда, думаю. А в голове уже только это и вертится: «Я умру, я умру, я умираю…» И чувствую, что сейчас действительно умру. Более того, уже вижу себя мертвым. То есть бывает, конечно, что спортсмены умирают во время соревнований, но я был в прекрасной форме. Лучшей, чем когда-либо.

В общем, я понял, что со мной происходит что-то сверхъестественное. И сказал: «Бог, послушай меня. Я все еще Джордж Формэн, и я хочу быть боксером. Я могу отдавать деньги бедным и больным, но я хочу драться». И мне ответил голос. Голос сказал: «Мне не нужны твои деньги, мне нужен ты».

Как я испугался! Начал бегать по раздевалке. Я думал, что, пока я в движении, жизнь из меня не уйдет. Но вокруг меня, со всех сторон, над головой и под ногами, была пустота. Пустота и одиночество. Я был нигде. И я понял, что мертв. И запах, запах смерти, я никогда его не забуду… Потом я разозлился и закричал: «Пусть это смерть, мне наплевать…»

Я никогда не был религиозным. Считал, что религия — для дураков. Знать, что Бог есть, — одно дело, но сама религия была для меня проявлением слабости. Когда я видел кого-то читающим библию, я знал, что могу его побить…

Очнулся на столе. Меня подняли с пола и положили туда. Я увидел врача, который стоял надо мной. «Доктор, — говорю, — уберите руку от головы. Шипы впиваются ему в лоб!» Понимаете, я говорил о себе в третьем лице. Никто, конечно же, ничего не видел, но у меня по лбу текла струя крови. Я поднял руку и закричал: «Кровь! Кровь из дырки в его ладони, где забивали гвоздь. Во мне оживает Иисус!»

Восемь человек пытались сдержать меня, но я растолкал всех и забрался в душ, чтобы все с себя смыть. Стоял под душем и кричал: «Аллилуйя! Я чист! Аллилуйя! Я снова рожден!» Меня в конце концов повалили и связали… Но я почувствовал себя сильным. Знаете, это было то самое чувство, которого я так долго ждал. Я думал, что буду чувствовать себя так, когда стану чемпионом, когда заработаю много денег. Нет, чего-то всегда не хватало. А в тот самый момент я почувствовал все, что хотел. Но, увы, это чувство мгновенно меня покинуло. И я опять услышал голос: «Я иду к своим братьям, и они мне не верят. Я иду к своим друзьям, и они меня не понимают. Теперь я ухожу к своему отцу, который на небесах…» Я закричал: «Не уходи!», и тут все кончилось…

Я опять очнулся на столе, обмотанный полотенцами. Меня отвезли в больницу, положили в реанимацию… С тех пор моя жизнь изменилась. Я уехал из Пуэрто-Рико, зная, что Бог существует. Конечно же, понимал, что никто мне не поверит, но я был уже другим человеком. Стал за один день не просто верующим, но точно знающим человеком. Но вот что с этим знанием делать, не понимал.

Зато помнил, что, когда я лежал при смерти, больше всего жалел о том, что не вижу свою мать. Поэтому сразу же из Пуэрто-Рико поехал к ней и к моим детям.

В общем, я сказал себе так: «Может, я и умру завтра, но всю оставшуюся жизнь буду относиться к людям с добротой. Не хочу, чтобы кто-либо в последний день своей жизни, перед тем, как он отправится в это жуткое, холодное, пустое место, был мной чем-то обижен». Вот, пожалуй, и вся история моей метаморфозы.
(«СЭ» от 15.08.2006)

После того, как Формэн ушел из бокса, он стал проповедником. Он возвёл церковь в Хьюстоне, создал молодёжный центр и отправился в путешествие по стране с целью сбора пожертвований. За десятилетие, которое Формен провёл, размышляя о Боге, он очень изменился.

Отсюда http://www.facebook.com/zorin.konstantin

Share

ПЕРВЫЙ ЕПИСКОП ИЕРУСАЛИМА

1237186301_c452e839c2042627c7b2d79b101
Гаральд Фёльш

Михаэль Соломон Александер родился в мае 1799 года в маленьком промышленном городке Шёнланке (нынешняя Польша). Его родители были строго ортодоксальными иудеями и воспитывали сына в надежде сделать из него раввина и учителя иудаизма.
Уже к 16 годам он был известен как умелый учитель и знаток Талмуда. Но это его не удовлетворяло. Не найдя в Лондоне подходящей работы, он стал в конце концов домашним учителем в предместье Лондона.

Однажды он получил на улице приглашение на собрание «Лондонского еврейского общества». Александер очень мало знал об Иешуа и Его учении. Как и большинство евреев того времени, он смотрел с опаской и ненавистью на богослужения христиан, которые так жестоко преследовали евреев. Это приглашение, однако, возбудило его любопытство. Он решил туда сходить. До этого он понятия не имел о Евангелии и не знал даже о существовании Нового Завета. Там ему дали Евангелие, которое он прочел с большим интересом. Александер понял, что Иешуа и Его учение совершенно иные, чем он себе представлял по внушению родителей с детства. После того, как он серьезно и много думал о Мессии, изображенном в Новом Завете, Александер стал проверять и критически переосмысливать свои взгляды еврейского учителя.
Затем он смело и искренне спросил себя: «Может ли мнение раввинов быть искаженным, есть ли у них основание скрывать правду об Иешуа?» Но раввинистические учения еще крепко сковывали его.

Во время этого внутреннего конфликта ему предложили должность раввина в Норвиге.
Будучи служащим в общине Плимута, он в 1821 году познакомился и был помолвлен с Деборой Леви, молодой свояченицей раввина.
В свободное время он давал уроки иврита. Среди его учеников был пастор В. В. Гольдинг, викарий Стоунхауза. Частые дискуссии о мессианских пророчествах пробудили в Александере вопрос: «Может быть, Иешуа действительно был тем обещанным пророком, приход которого мы, евреи, уже столетия так ждали и вымаливали?»

Часто он втайне посещал вечерами общину пастора Гольдинга. Он был поражен тем, что Иешуа явил исполнение пророчеств Ветхого Завета, но осознание, просветление шло медленно.
Родственники Деборы прослышали о его «шатаниях» и искали возможность расторгнуть их помолвку. Тем не менее в 1824 году он женился на Деборе.

С первых же дней их совместной жизни Дебора беседовала с пастором и другими христианами, посещавшими их. Поскольку поиски истины и внутренняя борьба Александера продолжались, он решил поговорить с одним раввином. Это произвело эффект разорвавшейся бомбы. Вся еврейская община Плимута была взбудоражена. Был приглашен главный раввин Лондона, и Александер был освобожден от своих обязанностей раввина. Тем не менее он регулярно продолжал посещать богослужения пастора Гольдинга.

Его обращение к Иешуа явилось следствием продолжительных бесед и результатом тщательного изучения Священного Писания. Таким путем он пришел к убеждению, что Иешуа есть Сын Божий, Мессия Израиля и Спаситель. Александер доверился Господу и просил о твиле. 22 июня 1825 года в Андреевской церкви перед лицом тысячи людей исповедал он свою веру. Обнародованная Александером позиция была причиной большого шума, сенсацией среди евреев. Оказалось, что изменение его взглядов относительно мессианских пророчеств изменили и взгляды Деборы на раввинистический иудаизм. Она втайне очень хотела принять твилу, что и произошло шесть месяцев спустя. Затем, получив христианское теологическое образование, Александер в 1827 году был посвящен епископом Дублина Магги в диаконы. Посвящение верующего еврея в те времена было редчайшим событием. Он примкнул к Лондонской еврейской миссии и работал по ее поручению с 1827-го по 1841 год в Данциге, а затем в Лондоне.

В Лондоне Александер регулярно проводил среди евреев большие собрания. Некоторые благодаря ему приходили к вере в Мессию Иешуа. С 1832-го по 1841 год он занимал должность профессора иврита и раввинистической литературы Королевского колледжа в Лондоне. В течение этого времени он принимал активное участие в пересмотре и редактировании Нового Завета на иврите. В его лице еврейский народ имел верного и мужественного защитника. В 1840 году имя профессора Александера появилось среди 60 евреев, верующих в Иешуа, подписавших «Протест евреев-христиан Англии» против «кровавого обвинения» в Дамаске. В этом навете евреи обвинялись в использовании христианской крови в пасхальной маце.

В 1841 году король Пруссии Фридрих Вильгельм IV решил улучшить участь протестантов в Святой земле и дать им такие же права, как Греческой, Римской и другим церквам. Для этого он предложил английскому правительству учредить в Иерусалиме в качестве общего для всех церквей протестантского епископа. Британский парламент принял закон от 5 октября, в котором подтвердил королевское согласие на учреждение епископства. Первым епископом Иерусалима был утвержден Михаэль Соломон Александер.

Прибытие епископа в Иерусалим было уникальным событием в истории святого города.
Присутствие евангельского епископа в Иерусалиме скоро стало заметным. Ежедневные богослужения в часовне, временно служащей помещением церкви, и большие собрания по воскресеньям делали Александера счастливым.
Помещение для собраний со временем оказалось слишком маленьким, и было запланировано строительство большого здания.
28 апреля 1842 года было заложено его основание.

В 1844 году была открыта библиотека-книгохранилище для распространения Священного Писания на иврите, арабском, греческом, итальянском, французском, немецком и испанском языках и для раздачи трактатов на иврите. Это вызвало большую тревогу среди еврейских авторитетов. Раввин угрожал, что каждый еврей, кто посетит библиотеку, будет отлучен от синагоги.

12 декабря того же года для бедных евреев была открыта больница. И здесь со стороны раввина было проявлено противление. Но больница была большим благословением для всех евреев, которые охотно пользовались ее услугами, что постепенно заставило его замолчать.

После таких усилий епископ Александер решил провести отпуск в Англии, чтобы там рассказать о своей работе. Но осуществить это намерение ему не удалось. Всего после четырех лет епископства, 26 ноября 1845 года, Господь призвал Своего слугу в вечность. Он умер на пути в Египет через пустыню Рас-эль-Вади, что составляло часть Иерусалимской епархии.

Один из сопровождавших их сообщал о последних часах епископа: «Это была душераздирающая сцена: в дикой пустыне, на охапке соломы, лишенный всякой медицинской помощи, умирал Александер. Его жена и дочь склонились над безжизненным телом и молились. Одним махом был положен конец жизни – разорвался кровеносный сосуд…»

Александер жил и работал, постоянно ведомый Святым Духом, полагаясь на Его силу. Он внушал ученикам, что без помощи Святого Духа Божественное понять невозможно.
Это видно и в его ранние годы, когда он был евангелистом, и позднее, когда он стал епископом. Его доброжелательное обхождение с евреями, любовь к братьям, его спокойствие среди оппонентов умиротворяло неиствовавшую толпу, когда он навещал своих родственников в Шёнланке. Он был мужествен и бесстрашен в распространении Благой вести, в вере и во всем, что он исполнял, свидетельствуя именем и святостью своего Учителя.
Менора

Share

Звонок от Бога

20130606-143727.jpg
Бог есть любовь
Однажды в субботу, перед тем, как идти домой, пастор решил позвонить своей жене. Было уже почти 10 вечера, но жена не брала трубку. Мужчина долго ждал, но жена так и не подошла к телефону. Через некоторое время он снова набрал домашний номер, и жена сразу же ответила. Пастор спросил, почему жена так долго не поднимала трубку, когда он звонил первый раз, но она ответила, что никакого звонка раньше не было.
Этот случай был бы забыт, если бы в понедельник в церкви в кабинете пастора не раздался телефонный звонок. Звонивший мужчина, говорил о каком-то звонке с этого номера в субботу вечером. Пастор долго не мог понять, о чем идёт речь. Тогда мужчина сказал:
— Телефон звонил и звонил, а я не отвечал…
Пастор, вспомнив о случившимся с ним казусе, извинился за то, что побеспокоил этого человека, объяснив, что хотел позвонить домой, но, видимо, набрал неверный номер. Тогда звонивший сказал:
— Разрешите мне рассказать, что тогда произошло. Видите ли, в субботу вечером я собрался покончить с жизнью. И перед тем, как совершить намеченное, я обратился к Богу, сказав, что если Он есть, если Он слышит меня и если Он не хочет, чтобы я это сделал, то пусть подаст мне знак. И как раз в этот момент у меня зазвонил телефон. Я подошел к аппарату и увидел на табло надпись: «Господь Всемогущий…» (Almighty God). Я смотрел на звонящий телефон и не смел поднять трубку.

Церковь, в которой служил пастор, называлась Обитель Господа Всемогущего (Almighty God Tabernacle).

Share

Немецкий пастор разобрался с русской мафией и стал миллионером в тверской глуши

KP.RU

Убойный электрик и баптист-проповедник

— Меня ножом в сердце ударили, по пьяни, прямо вот сюда, — тычет пальцем в левую грудину седовласый фермер Юрий Тукалевский, он же немецкий пастор-баптист. – Я и сам пьяный был, пошел спать, на пути – мужик-собутыльник, вот он меня, с дури, и тыкнул, — вздыхает пастор. – После этого моя жизнь резко изменилась…

Вокруг нас – глухие, дремучие, первобытные торопецкие леса, окружившие деревушку Бончарово. Мы в 400 километрах от Твери, почти в 600 – от Москвы, практически на границе с Новгородской областью. В годы Великой Отечественной здесь партизанили и успешно били немцев местные могучие мужи. Теперь, 68 лет спустя, немцы здесь спасают от пьянства и безысходности русских мужиков.

— В деревне ситуация критическая – вообще все брошено, и в моральном отношении и в материальном, — пастор Юрий откровенно смотрит на меня, трет виски и вгрызается мощными фермерскими пальцами в седины. — Народ не хочет революции, не хочет бунта, он, скрипя зубами, терпит. Страдает ужасно. И пьет.

Чуть больше двадцати лет назад Юрий, вместе с семьей, жил в Казахстане. Работал электромонтером. Ремонтировал отсосы в роддомовском абортарии и очень от этого страдал.

— Этот отсос применяют при удалении плода. Ну меня и начала совесть мучить – вроде как младенцев помогаю убивать, ремонтируя этот агрегат… Ушел я оттуда, не выдержал… Я понял, что играл в жизнь, но игра эта была опасной, понял, что жил по воле дьявола. А потом Богом мне был открыт внутренний мир и я понял, что был человеком обманутым, что дьявол дергал меня через различные желания, похоти, а я как бы шел на убой. 

И электрик Юрий стал другим человеком. Сначала бегал, просил прощения у всех, кого обидел, деньги возвращал, у кого занимал. Бросил пить и курить. А потом подался в проповедники-баптисты. Два года только этим и занимался – читал проповеди и страдал от непонимания.

Грянули 90-е, развал Союза, и поволжский немец Юрий Ильич, заброшенный судьбою в Казахстан, вместе с семьей и друзьями, помахал рукой целинным краям и перебрался в Россию. Приключения или настоящая жизнь для пастыря только начинались.

Дом продал – деревню купил

В Торопецкую глушь семья Тукалевских (глава семейства, его жена, семеро детей и сестра) перебрались, как сами говорят и верят, по воле Божией в 1992 году. Через старых знакомых узнали о деревеньке Бончарово, о том, что это село скорее мертво, чем живо, и поняли, что это — то самое место, где они будут строить новую жизнь.

Сельская жизнь - не сахар, порой хоть волком вой
Сельская жизнь — не сахар, порой хоть волком вой
Фото: Алексей КОСОРУКОВ

— Здесь мне пришлось полностью с нуля начинать жизнь. За мной поехали люди, я был лидер. Конечно же на меня свалилось бремя естественных забот, — фермер-пастор ведет меня по пыльной дороге, мимо пруда, березок, телят, барашков и местного мужика с фингалом во все лицо.

Деньги? Деньги были. Продали свой дом в Казахстане за солидную, по тем временам, сумму — 550 тысяч рублей (доллар тогда стоил 64 копейки).

— Дом остался от тети по завещанию, — поясняет правая рука и родная сестра фермера, Мария Ильинична.

Вместе с семейством тукалевских в российскую действительность решили окунуться еще несколько семей – всего человек 20, все «поволжские немцы» и последователи Юрия-проповедника.

— Ютились мы сначала в старенькой, полуразрушенной школе, потом уже обустроились, как положено, — вспоминают члены общины, недоверчиво косясь на меня и стараясь не вступать в контакт, — главный здесь пастор, ему и ответ держать.

— Странными они нам сначала показались, — шепчет мне местная фельдшерица Зоя Владимировна. – У одного из детей однажды температура была под 40, я им про таблетки говорю, а они в ответ – клюквой вылечим. Лекарства не любят очень. А потом мы привыкли к ним, люди-то хорошие, делом занимаются, нашим мужикам да бабам работу дают, добрые…

Бончарово стало второй родиной для поволжских немцев
Бончарово стало второй родиной для поволжских немцев
Фото: Алексей КОСОРУКОВ

Община немцев, недолго думая, выкупила в Бончарово все хозяйственные постройки — три фермы (без скота) и землю – 250 гектар. Вскоре в общине появились угрюмые люди – три уголовника Паша, Гриша и Саша. С ними Юрий Тукалевский познакомился еще в Казахстане, на зоне строгого режима, куда тоже приходил проповедовать.

— Когда они освободились, я их позвал к себе, — вздыхает. — Моя ошибка была, что я их сюда привез. Их нельзя было вместе собирать, натуры у них… Ну сами понимаете, люди сидели за убийства… Они меня на испуг пытались брать, «на медведя списать», типа того, что убьем… В общем они все уехали.

Как пастырь с Солнцевской братвой разбирался

Пастырь тем временем, действовал все увереннее и вскоре, по сути, стал хозяином на селе. Открыл в райцентре несколько магазинов, вместе с родней занялся грузоперевозками («Дело было сверхприбыльным» — щурится он), прикупил пекарню, продавал корма для животноводов по всей России.

Но, главное, нашел ту самую золотоносную жилу в нашем сельском, богом забытом хозяйстве, которую ищут, но не могут нащупать многие фермеры. Мясная и молочная переработка. Колбаса, копчености. Полуфабрикаты, творог, кефир, йогурты… В Бончарово запахло деньгами… И, вскоре, здесь появились бандиты.

— Сначала пришли два «шкафа», здоровенных парня, мы таких «кепочниками» тогда называли, — недовольно вспоминает фермер, а потом оживляется. — Хотели взять с меня 260 миллионов рублей, это сумасшедшая сумма была. Пришлось обращаться в РУБОП, к знакомым. Оттуда бандитам позвонили, угомонили, — уже смеется проповедник.

За 20 лет проповедник стал хозяином на деревне
За 20 лет проповедник стал хозяином на деревне
Фото: Алексей КОСОРУКОВ

— И больше никто не доставал?

— Ну почему же… Сталкивался с Солнцевской группировкой. Они мне все свою «крышу» предлагали, допекли меня…

— Здесь, в Торопецкой глуши, и Солнцевские?

— А ты как думаешь? Они везде в России были, у них повсюду «филиалы».

— Неужто и от них отвертелись?

— Они меня на «стрелку» в Подмосковье вызвали. Я приехал. А тогда, в 90-е, в России, в связи с войной на Кавказе, повсюду усиление было, документы у всех подряд проверяли. И вот выхожу я из машины, они выходят из своих (приехали на двух), и вдруг – милицейский УАЗик подлетает, а из него – два сержантика с автоматами наперевес. Документы у нас спрашивают, а я, и один бандит, без паспортов оказались. Нас и задержали.

— Стали, значит, друзьями по несчастью.

— Да нет, откупились. Только вот бандит этот, с перепугу, сержанту 100 долларов сунул, а надо было 100 рублей. Злился потом.

— На том «вопрос и порешали», разошлись как в море корабли?

— Нет, я с ними, с этими ребятами, побеседовал. Знаю ведь как с такими говорить надо – опыт общения с такими людьми получил. Когда на зоне проповедовал… В общем – верьте – не верьте – отстали они от меня. Езжай, говорят, Юрий Ильич, мы тебя трогать не будем. Так и вышло, больше ко мне никто не «подкатывал».

Что немцу хорошо…

— Вот этот цех по мясной переработке обошелся мне в миллион долларов, — гладит рукой стены бывшей фермы, а ныне – местного Эльдорадо Юрий Ильич. – А вон тот, цех, где мы перерабатываем «молочку» — в полтора миллиона долларов, — фермер показывает на одноэтажное белоснежное здание.

На него работает 80 человек. Годовой объем продаж – 80 миллионов рублей. Говорит, что львиная доля прибыли уходит на уплату по кредитам. 

На фермера-пастора работают 80 человек
На фермера-пастора работают 80 человек
Фото: Алексей КОСОРУКОВ

— У нас есть база, переработка. Мы можем вокруг себя сконцентрировать людей. личные подсобные хозяйства, малые формы собственности, в том числе и так называемое фермерство. Нужны кооперативные объединения, которые будут заниматься вкупе производством, переработкой и реализацией продукции. Но здесь без господдержки не обойтись. Нужно долгосрочное и, не смейтесь, беззалоговое кредитование. Тогда и выберется из ямы сельское хозяйство. А сейчас современный фермер — он никто!

Мы уезжали из Бончарово, минуя дома по смешным вдали от столицы ценам — 350 тысяч рублей каждый с 10 сотками земли впридачу, минуя мужиков с фингалами, которые батрачат на валке леса, минуя детвору, которая спешила на проповедь пастора в здание бывшей школы, и я думал, а может то, что немцу хорошо, то и русскому на пользу?

P.S. рядом с Бончарово стоит деревенька Красноселье, с прекрасной, ухоженной, древней церковью Архангела Михаила. Местный священник, отец Андрей, как и его сосед-пастор тоже пытался побороть в русских селянах тягу к пьянству и прозябанию. Несколько лет назад открыл рядом с церковью свою лесопилку. Набрал мужиков, дело пошло, но… Эксперимент не удался.

— Пьют все, батюшка их и увольняет, у него сейчас всего четыре человека работают, да и то неясно – надолго ли, — крестьянка Надежда разводит руками и указует перстом в сторону лесопилки.

В церкви отца Андрея не оказалось – выяснилось, что он на несколько дней убыл по делам. Подъехали к лесопилке и видим – здоровый мужик тщательно выбирает из аккуратно сложенных бревен одно, взваливает его на плечо и тащит к себе в огород. Пока батюшка не видит…

Так и живут: днем работа, вечером - молитва
Так и живут: днем работа, вечером — молитва
Фото: Алексей КОСОРУКОВ

Комментарий экономиста

Олег ЧЕРНИКИН, кандидат экономических наук, доцент кафедры экономики и управления производством Тверского государственного университета:

— Для того, чтобы возродить сельское хозяйство России не надо изобретать велосипед, а перенимать опыт европейских стран. Первое: в нашей стране самый большой барьер для фермеров – величина кредитной ставки – порядка 8% (это льготная ставка). Надо снизить величину процентной ставки по кредиту – до 2-3% как в Европе.

Второе – доступность кредитов. Наши банки требуют ликвидный залог у крестьян, которые просто не могут его предоставить. У них слишком изношены производственные фонды и нет имущества, годного для залога. Поэтому необходимо разработать механизм, при котором государство брало бы на себя риски, в случае если фермер не может предоставить залог для обеспечения кредита.

Третье, одна из основных проблем – сбыт продукции. Во всех европейских странах существует кооперация в этой сфере, фермер действует не один, он входит в группу производителей, которые имеют вес, могут диктовать свои условия и цены розничным сетям. У нас же этого нет. Более того переработчики приобретают у крестьян продукцию по просто таки грабительским ставкам.

Четвертое: во всем мире существует огромная прямая поддержка сельского хозяйства со стороны государства в виде дотаций и иных субсидий. У нас эта поддержка недостаточно развита. Поэтому сейчас, по некоторым экспертным оценкам, по уровню поддержки сельского хозяйства мы отстаем от развитых стран минимум в пять раз.

Село без поддержки вымрет - это и корове понятно
Село без поддержки вымрет — это и корове понятно
Фото: Алексей КОСОРУКОВ
В Красноселье священник, восстанавливая храм, тоже пытался бороться с пьянством местных. Не получилось...
В Красноселье священник, восстанавливая храм, тоже пытался бороться с пьянством местных. Не получилось…
Фото: Алексей КОСОРУКОВ
На селе воруют и у батюшек и у матушек
На селе воруют и у батюшек и у матушек
Фото: Алексей КОСОРУКОВ

 

Share

Самые БЕДНЫЕ или самые БОГАТЫЕ?

20130117-141635.jpg
Ольга Чайка

Никогда не забуду Пасху 1964 года. Мне тогда было 14 лет, младшей сестре Оси — 12, а старшей, Дарлин — 16. Мы жили с мамой, и все четверо неплохо научились довольствоваться малым. Отец умер пять лет назад, оставив мать с семью детьми и совершенно без средств к существованию. К 1964 году старшие сестры вышли замуж, а братья уехали из дома.
За месяц до Пасхи наш пастор объявил, что церковь собирает особое пасхальное пожертвование для одной бедной семьи. Он попросил всех откладывать деньги на пожертвование и проявить щедрость.
Дома мы обсудили, что такого можем сделать, чтобы помочь этой семье. Решили, что этот месяц проживем на одной картошке:
— сэкономим двадцать долларов на питании — и пожертвуем. Можно еще сэкономить на электроэнергии, если как можно меньше зажигать свет и не слушать радио.
Старшая сестра набрала работы по уборке домов и дворов, а мы, младшие, нянчились с соседскими детьми — тоже подрабатывали. На пятнадцать центов можно было купить веревку, сплести из нее три прихватки и продать по доллару за штуку. На таких прихватках мы заработали двадцать долларов.
Это был самый замечательный месяц в нашей жизни. Каждый день мы пересчитывали, сколько скопили. Вечерами сидели в потемках и дружно представляли, как обрадуется эта бедная семья деньгам, собранным церковью. У нас в церкви было человек 80, и мы решили, что, сколько бы мы ни собрали, общая сумма точно будет раз в двадцать больше. Тем более, каждое воскресенье пастор напоминал всем о пасхальном пожертвовании.
За день до Пасхи мы с Оси пошли в магазин и обменяли всю нашу мелочь на три новенькие двадцатидолларовые купюры и одну десятидолларовую. Мы неслись домой во весь дух, чтобы скорее показать их маме и Дарлин. У нас никогда раньше не было столько денег. От возбуждения мы едва уснули. Что с того, что на Пасху у нас не будет новой одежды? Зато у нас есть целых семьдесят долларов на пожертвование! Мы не могли дождаться, когда пойдем в церковь.
Воскресным утром дождь лил как из ведра. Зонтика у нас не было, а до церкви надо было идти пару километров, ну и что с того, что мы промокнем до нитки? У Дарлин в туфлях дырки были закрыты картонными стельками. Картон весь размок, и она промочила ноги. Но мы сидели в церкви очень довольные.
Я услышала, как подростки перешептываются про нас, что, мол, девчонки Смитов опять в своих старых платьях. Я посмотрела на них, одетых с иголочки, и ощутила себя такой богатой! Когда собирали пожертвование, мы сидели на втором ряду. Мама положила десятидолларовую купюру, а каждая из нас, девочек, по двадцать долларов. Всю дорогу домой из церкви мы пели.
За обедом мама преподнесла нам сюрприз. Оказывается, она заранее купила дюжину яиц, и мы сварили пасхальные яйца к жареной картошке! А потом к нашему дому подъехал пастор. Мама открыла дверь, минутку поговорила с ним и вернулась с конвертом в руке. Мы спросили, что там, но мама не сказала ни слова. Она открыла конверт — и из него высыпалась куча денег. Три новенькие двадцатидолларовые купюры, одна десятидолларовая и семнадцать — по доллару. Мама спрятала деньги обратно в конверт.
Мы сидели молча, уставившись в пол. Еще минуту назад мы чувствовали себя миллионерами, а теперь — нищим белым отребьем. Мы, дети, жили так счастливо, что нам было жалко всех, у кого не было таких, как у нас, мамы с папой, и дома, полного братьев, сестер и других детей, которые постоянно толклись у нас в гостях. А как весело было делить между собой столовые приборы, которых на всех не хватало, и каждый вечер загадывать, что тебе попадется сегодня: ложка или вилка! Ножей было всего два, и мы передавали их друг другу по мере необходимости. Я знала, что у других есть много всего такого, чего у нас нет, но мне и в голову не приходило, что мы бедные.
В тот пасхальный день я узнала, кто мы такие. Пастор принес нам деньги для бедной семьи, значит мы, должно быть, бедные. Быть бедной мне не нравилось. Я посмотрела на своё платье и поношенные туфли, и мне стало так стыдно, что сразу расхотелось ходить в церковь. Там же, наверное, все уже в курсе, что мы бедные!
Я училась в девятом классе и была лучшей из ста учеников. Я подумала: интересно, а ребята в школе знают, что мы бедные? Пожалуй, можно бросить школу: восемь обязательных классов у меня уже есть… Мы долго сидели в тишине.
Всю следующую неделю мы, девочки, ходили в школу, возвращались домой и друг с другом особенно не разговаривали. Наконец, в субботу мама спросила, что бы мы хотели сделать с деньгами. А что делают с деньгами бедняки? Откуда мы знаем. Мы же раньше не подозревали о своей бедности.
Идти в церковь в воскресенье совсем не хотелось, но мама сказала, что надо. Хотя день был солнечный, по дороге мы молчали. Мама начала было петь, но песню никто не подхватил, и она остановилась после первого куплета.
В церкви проповедовал миссионер. Он рассказывал, как в Африке верующие сами лепят кирпичи, обжигают на солнце и строят из них здание для своей церкви. Но на крышу нужны деньги. Сто долларов достаточно, чтобы покрыть крышей одну церковь. Пастор спросил: «Не могли бы мы все пожертвовать, чтобы помочь этим бедным людям?»
Мы переглянулись и улыбнулись — первый раз за эту неделю. Мама открыла сумочку и достала конверт. Она передала его Дарлин, Дарлин — мне, а я — Оси, и та положила его в пожертвования.
Когда деньги подсчитали, пастор объявил, что собрали немного больше ста долларов. Миссионер очень обрадовался. Он даже не ожидал такого пожертвования от нашей маленькой церкви. Он сказал: «Наверное, среди вас есть богатые люди!»
И вдруг нас осенило! Из этих «чуть больше ста» 87 долларов положили мы. Так мы и есть та самая богатая семья из нашей церкви! Так ведь сказал миссионер?
С этого дня мы никогда больше не были бедными!
(Автор неизвестен)

PS.
Быть в нужде – это временное состояние, которое бывает и у королей, а быть бедным – это состояние разума.

Share
В соц. сетях
Рубрики раздела
Архивы