и … болью

израиль

Почему Иешуа и ортодоксальные раввины несовместимы?

(null)
photo — Owen Carey / Portland Center Stage

Вопрос на засыпку: может ли Израиль соблюдать Закон и/или быть оправдан им?

Допустим, даже если бы мы хотели дать возможность этому состояться, это просто невозможно. Нет священства, нет Храма и нет системы жертвоприношений — всего, что является сердцем и сутью Закона. Видите ли, мы не можем отделить Синайский Завет от Закона. Законы являются лишь следствием договора: они не могут существовать сами по себе; это также бессмысленно, как есть майонез и горчицу без самого бутерброда. Завет утверждался пролитием крови (Исход 24:8) и поддерживался кровью жертвы на жертвеннике (Исход 30:10). Без системы жертвоприношений, мы не можем исполнить Синайский Завет.

Все, что мы можем сделать, это придерживаться нескольких оставшихся законов, которые не связаны с Храмом, священством и системой жертвоприношений. Кроме того, хотя эти законы продолжают говорить нам в качестве Священного Писания, многие из этих законов были даны Израилю 3500 лет назад для того, чтобы создать нацию в контексте Древнего Ближнего Востока. Если бы мы должны были создать новую нацию сегодня, мы бы дали её народу законы и правила (дорожного движения, устройства семьи, налоговой системы, гражданско-правовых отношений, труда и т.д.) в соответствии с их положением, образом жизни, эпохой и местом проживания. Однако, многие законы Моисея практически невозможно выполнить в наше время, в связи с текущей реальностью, в которой мы живем: например, вопросы, касающиеся рабства или ритуалы очищения уже не актуальны.

В современных условиях, спрашивать, может ли Израиль (да и кто-либо ещё) быть оправдан и спасён через соблюдение Закона – подобно тому, как давать кому-то старый ноутбук без материнской платы или процессора, и предложить поработать с его помощью. Хотя вы сможете “сделать” несколько операций на ноутбуке (например, набрать что-нибудь на клавиатуре), но в этом нет никакого смысла без материнской платы и процессора (крови Завета). Кроме того, новый и модернизированный ноутбук, который мы получили в качестве подарка считается исключительным механизмом!

Вероятно, вы задаёте себе такой вопрос: «Что было бы, если бы Храм существовал в наши дни? Мог бы тогда Израиль поддерживать и сохранять Синайский Завет, и быть спасён через Закон?» Всё равно это было бы невозможно. Во-первых, потому, что храмовые записи, включавшие родословные священников, были все уничтожены при разрушении Второго Храма.

Поэтому, даже если бы Храм существовал сегодня, нет никакого точного способа определения, как это требуется по Закону, кто мог бы служить в качестве священника. Во-вторых, у нас теперь есть Новый Завет; те, кто приняли Иешуа, стали новым творением. Новое и более полное откровение Бога сделало так, что «древнее всё прошло». В Новом Завете мы являемся храмом: «Разве вы не знаете, что вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас?» (1 Кор. 3:16).

(null)

В настоящее время, хотя мы и не принимаем авторитет Талмуда в качестве документа, вдохновленного Богом, мы можем узнать много нового из него о периоде Второго Храма; а также примечательно, что, вероятно того не желая, Мудрецы Талмуда подтверждают заявление Нового Завета о том, что Ветхий Завет больше не функционирует. Согласно Талмуду, когда Второй Храм всё еще существовал, первосвященник удалялся за неделю до Йом Киппур (Дня Искупления), чтобы подготовить себя духовно. В ночь перед Днём Искупления он не спал, а приносил жертвы – сначала за себя, а потом за народ Израиля. Одновременно с ним, народ Израиля постился, молился и каялся в грехах всей нации перед Богом. На жертвеннике была кровь, которая покрывала (но не удаляла) грехи всего народа ещё на один год (Лев 17:11).

Это общеизвестно, а теперь мы приступим к самой интересной части. Талмуд сообщает, что, в конце того же дня, первосвященник ожидал «чудесную печать одобрения» от Бога, что означало принятие искупленного Израиля. Каким образом? В соответствии с тем, что говорит Талмуд, в Храме находился кусок красной ткани (lashon shel ze’hurit). Этот кусок ткани чудесным образом превращался из красного в белый, как знак для народа, что Бог действительно принял их жертву, и их грехи будут покрыты в течение еще одного года. Мудрецы (древние раввины) писали (Трактат Йома 39б), что за сорок лет до разрушения Храма в Иерусалиме (около 30 года н.э., так как Храм был разрушен в 70 году н.э.), красная ткань прекратила превращаться в белую в День Искупления. Талмуд объясняет, что это вызвало панику и отчаяние среди священников. Слова пророка Иеремии, должно быть, облегчили их состояние страха и безнадёжности.

Вот наступают дни, говорит Господь, когда Я заключу с домом Израиля и с домом Иуды новый завет, не такой завет, какой Я заключил с отцами их в тот день, когда взял их за руку, чтобы вывести их из земли Египетской; тот завет Мой они нарушили, хотя Я оставался в союзе с ними, говорит Господь. Но вот завет, который Я заключу с домом Израилевым после тех дней, говорит Господь: вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его, и буду им Богом, а они будут Моим народом (Иер.31:31-33).

С 30 года н.э., согласно Талмуду, Бог больше не расценивал Синайский Договор как способ покрытия грехов Израиля. Что случилось с Синайским Заветом? Закон теперь выполняется по-новому — не что-то будет просто «покрывать нас» в течение года, но Кто-то, кто раз и навсегда удаляет наши грехи: «Ибо невозможно, чтобы кровь тельцов и козлов уничтожала грехи… По сей -то воле освящены мы единократным принесением тела Иисуса Христа» (Евр. 10:4, 10). И вам конечно будет интересно узнать, что, когда Павел пришёл в Храм в книге Деяний, в 21-й главе, он не приносил ни жертву за свои грехи, ни жертву приношения, потому что считал себя поступающим в соответствии с Законом.

Таким образом, в период после разрушения Храма, еврейское религиозное руководство столкнулось с серьёзной проблемой. В отличие от первой диаспоры, которая длилась в течение семидесяти лет, согласно Божьему откровению через Иеремию, в этот период не было никакого пророчества с точным ограничением по времени и 31 глава книги Иеремии была проигнорирована! Так как же вы отстаиваете иудаизм, если допускаете, что Бог отвергает вашу систему жертвоприношений, без Храма и без Мессии?

(null)
photo — Akiva Shapero

И поэтому то, что начиналось как духовное возрождение на основании Слова Божьего в дни Ездры и Неемии, переросло в движение идеализации приемлемой традиции— Фарисейская традиция превратилась в Раввинистический иудаизм. И эта идея, провозглашавшая созданную людьми традицию «путём, истиной и жизнью», не была новой (Ис. 29:13). Обоснованием для придания такой значимости этим человеческим традициям стало утверждение, что они на самом деле были даны Моисею на горе Синай (так называемый «Устный Закон»). За 65-летний период формирования, между 70 и 135 годами н.э., иудаизм стал религией, для которой авторитет раввинов был превыше Божественного откровения. Новые лидеры еврейского мира в этот период становления намеренно отделились от Слова Божьего. Возможно, звучит сурово, но в действительности этому учит Талмуд. Есть одна известная и основополагающая история в Талмуде, рассказывающая о том, как новая власть в лице Фарисейского руководства захватила бразды правления над еврейским миром. Эта история про “Печь Ахная” повествует о споре между пресловутыми раввинами Элиэзером Бен Гиркан и Иехошуа Бен Ханания (трактат «Бава Мециа» 59б).

Спор имеет отношение к вопросу, поднятому человеком по имени Ахнай, у которого была печь из глины; он расширил её, сначала разрезав на части, а затем присоединив части с песком, чтобы сделать большую печь. Вопрос, который он поставил перед Синедрионом, таков: была ли новая печь чистой (кошерной) или нечистой? Талмуд подробно описывает, что раввин Элиэзер собрал «все ответы в мире» и доказал, что печь была действительно чистой, но большинство раввинов, из другой школы мысли, не приняли его ответы и утверждали, что печь была нечистой. Раввин Элиэзер попытался привести сверхъестественные доказательства того, что он был прав: выдернутая с корнями, засохшая смоковница чудесным образом воспряла, и её пересадили на другой стороне двора; вода в акведуке побежала в гору, и так далее. И, наконец, раввин Элиэзер крикнул: «Если я прав, то небеса докажут это!» Тогда Бог проговорил с небес слышимым голосом (bat-kol) и сказал: «Рабби Элиэзер прав!» Затем раввин Иехошуа Бен Ханания делает одно из самых важных заявлений Талмуда: «Она [Тора] на небесах!» (фраза, вырванная из контекста, Втор. 30:12). Этими словами раввин Иехошуа говорил, что Бог больше не принимает решений на небесах; скорее, раввины совершают это на земле. Затем он продолжал другими известными словами: «Отступи перед большинством!» Имелось ввиду, что большинство правит!

Интересно, что раввин Иехошуа цитирует книгу Исход 23:1,2 в прямо противоположном смысле того, что на самом деле означает этот стих. В нём говорится: «Не внимай пустому слуху, не давай руки твоей нечестивому, чтоб быть свидетелем неправды. Не следуй за большинством на зло, и не решай тяжбы, отступая по большинству от правды.» Талмуд продолжает говорить о том, что Святой, да будет Его Имя благословенно, улыбается и говорит: «Мои сыновья победили Меня», подразумевается, что Бог принимает тот факт, что власть раввинов якобы больше, чем авторитет Писания и даже больше, чем Он Сам. Или, по собственным словам раввина Иехошуа Бен Ханании в конце этой талмудической притчи — «Сама Тора должна быть раскрыта не пророками, ни даже Божьими чудесами или слышимым голосом, но интерпретацией человека и принятием решений.»

Еврейский мир начал кардинально меняться и уже не под руководством Слова Божьего, а, пожалуй, под влиянием независимого, творческого и созданного человеком толкования и применения. С этого момента, раввинистическая традиция называется «Устный Закон» и «канонизируется» в Талмуде, в состав которого входят Мишна и Гемара. Крайне важно понимать масштабы и размах изменений, которые претерпел еврейский мир, когда мы делаем слишком большой акцент на сохранении еврейской традиции или присоединении к ней. В этом же духе, Павел говорит о рвении Израиля установить праведность через человеческие правила.

«Братия! желание моего сердца и молитва к Богу об Израиле во спасение. Ибо свидетельствую им, что имеют ревность по Боге, но не по рассуждению. Ибо, не разумея праведности Божией и усиливаясь поставить собственную праведность, они не покорились праведности Божией, потому что конец закона — Христос, к праведности всякого верующего» (Рим 10:1-4).

Автор — Эйтан Бар / oneforisrael.org
Перевод — Татьяна Куракова для ieshua.org

Share

Осим хаим — делаем жизнь!

(null)

Мне было чуть больше сорока, когда я узнала, что на привычный вопрос: «Чем вы сейчас занимаетесь?», можно отвечать: «Осим хаим».
«Наслаждаемся жизнью». Впервые это выражение я услышала здесь, в Израиле. Дословный его перевод: «делаем жизнь».

Городское кафе. Полдень. За соседним столиком сидит пожилая пара. Он и она. Не муж и жена, нет. Скорее старые знакомые или друзья. Они непринужденно болтают, немного флиртуют, пьют кофе. Вдруг раздается
телефонный звонок. Кто-то на том конце провода спрашивает его: «Что ты делаешь?»
А он: «Осим хаим». Наслаждаюсь жизнью. Не решаю проблемы, не зарабатываю деньги, не ищу ответы на вопросы, не ставлю цели и достигаю их, не худею, в конце концов, нет!
Просто наслаждаюсь жизнью.

(null)

Эта игра слов меня буквально заколдовала, и я поняла, что тоже хочу научиться этому «осиму».
Первый урок мне преподнес владелец зоомагазина, когда ранним утром я забежала к нему за кормом для собаки. Он уже открыл свою лавочку, но еще не успел проснуться, поэтому медленно раскладывал свой товар. Я по отработанной годами московской привычке стала объяснять, что мне надо быстро и срочно.
На это хозяин лавочки достал из клетки маленького кролика и положил его в мои руки. В этот момент я поняла: так вот ты какой — осим хаим!
Время для меня остановилось. Гладить пушистый теплый комочек хотелось часами. И смотреть, смотреть завороженно на неторопливую работу продавца.

Потом было много других уроков, каждый из которых приносил мне счастье.
Например, сегодня я точно знаю, где готовят самый вкусный кофе в Тель-Авиве.
Самый вкусный он не из-за вкуса, нет. Просто в этом месте собирается такая яркая публика с такими потрясающими собаками!
Наблюдать за этим миром, неторопливо попивая кофе, — это для меня осим хаим.

Или. Я никогда не знала, что кормить лошадь — это кайф. Тактильный, душевный. Я с детства боялась к ним подойти. Но в Израиле на конюшне хозяйка прекрасных лошадей с улыбкой предложила мне попробовать
перебороть страх, протянув лошади яблоко.

(null)

И вот, широко раскрывая огромный рот с отменными зубами, он или она протягивали морду к моей дрожащей руке и очень нежно, только влажными губами и теплым шершавым языком слизывали с ладони яблоко. На этом
месте у меня слова заканчивались.

Но самый главный урок осим хаим я усвоила два года назад на дороге.
Это произошло в тот самый момент, когда я накрыла дочь своим телом. Мы с Соней ехали домой в машине и услышали вой сирены. Дело было летом 2014 года, шла операция «Нерушимая скала», и мы попали под ракетный обстрел. Следуя инструкциям, я заглушила машину, достала ребенка из автокресла, уложила ее на дорогу и накрыла собой. Я до сих пор хорошо помню взрывную волну от сбитой ракеты, прокатившуюся по моему телу, и шепот дочери: «Мама, ты сейчас меня раздавишь». Так крепко я ее «накрыла».

После этого случая мир вокруг меня заиграл совершенно иными красками. И я наконец по-настоящему поняла, что означает осим хаим: наслаждаться жизнью здесь и сейчас.

Автор:
(null)
Евгения Шустикова
Мама двух очаровательных дочек. Жена режиссера док. кино. 20 лет занималась ТВ. Прошла путь от корреспондента региональной студии телевидения до шеф-координатора федерального канала. В 40 лет начала вместе с семьей новую жизнь в Израиле.

Share

Я, Коля, дождь, евреи… и не только


Семён Винокур

Начну с небольшого предисловия. С того, что застряло у меня в подсознании.

Когда было мне 5 лет, меня загнал в угол грузчик из нашего продуктового магазина. Замахнулся на меня палкой с двумя ржавыми гвоздями на конце и сказал мне:

— Мало вас Гитлер вешал, жидов пархатых!…

Впервые я слышал и «жиды», и «пархатые»…

Я тогда не знал, кто это… все время потом думал, за что это он меня так ненавидит?!

Не вмешивалась, сидела на ящике у «черного» входа в магазин, молодая продавщица.

Я ее хорошо знал, она мне иногда давала конфеты «кис-кис», просто так, без денег.

А сейчас она сидела, положив ногу на ногу, и таинственно улыбалась…

Это было еще страшнее…

Неужели она не видела, что это меня он будет бить…

И что на конце палки два ржавых гвоздя…

Все это забылось, заполировалось…

Потому что дальше была целая жизнь.

Где, в большинстве, встречались мне потрясающие люди.

Где была дружба, любовь, армия, завод, кино…

Все забылось… забылось, да…

И вдруг вспомнилось.

Позвонил мне мой друг Алик, попросил зайти в Гайдпарк, посмотреть, что про нас пишут. Дал адрес, куда лучше зайти.

Я зашел…

Лучше бы не заходил.

…Много ненависти. Особенно в комментариях.

Не жалеют ни нас, ни друг друга.

Не любят евреев…

А Израиль просто хотят стереть с лица земли, забетонировать… вместе с евреями (так и написано) То есть вместе с моими детьми, внуками, внучками, друзьями, со всем этим непростым народом.

Мне надо ответить.

Ответить на два вопроса.

Первый: почему не получится Израиль забетонировать.

Второй: почему не получится окончательно решить еврейский вопрос.

Не потому что евреи принесли миру столько открытий, лауреатов, героев, и так далее…

Это давно уже никого не убеждает. И не вспоминается.

Не потому, что у евреев вся история такая… когда все время хотели решить еврейский вопрос… убивали-убивали и никак не получалось добить…

Нет. Есть веская причина…

…Я тогда учился на Высших сценарно-режиссерских курсах. И учился вместе со мной Коля, замечательный парень, очень талантливый. Мы не были близки, но симпатизировали друг другу.И однажды напились.

Просто погода была такая, просто настроения совпали, просто все разъехались на каникулы, а мы почему-то застряли в общаге.

И вот под ливень за грязным окном, мы пьем себе. И хорошо идет. И закуску нашли — частик в томате, кажется.

И есть о чем говорить — кино, наши планы, надежды, ну, сами понимаете…

И вдруг он замолкает и так пристально на меня смотрит.

И говорит:

— А теперь давай поговорим о вас, о евреях.

Я ему говорю:

— Только не это, Коля!

Он мне:

— Обязаны просто.

Я ему:

— Коля, не надо, поссоримся.

Он мне:

— Ты что, не хочешь знать правды?

— О том, что я еврей хороший, а вся моя нация – говно, — говорю.

— А вот и не угадываешь. – отвечает.

Надо учесть, что мы действительно были прилично выпившие.

Но я эту беседу не забыл. Потому что она имела серьезные последствия.

Коля говорит:

— Вы, евреи, весь мир за яйца держите.

Я пытаюсь встать, он меня усаживает.

— Ты знаешь, что вы не нация?! — спрашивает.

— А кто мы? — говорю, — Крысы?…

Вспоминаю, вчера на курсах показывали немецкую пропаганду тридцатых.

— Нет, — говорит, — вы не крысы… —

И даже испуганно:

— Почему это крысы? Кто сказал?! Я не это хочу сказать, ты что?! Я хочу сказать, что все нации как нации, там-сям родились, определяются своей землей, посмотри в словаре, языком, географией… а вы – нет…

— А мы чем?

— А вы – идеей.

Молчу. Жду подвоха.

— Идеей, — говорит.

(Он первый мне это сказал, тогда, в восьмидесятых, когда в холодной общаге не было ни души, в окно бился дождь, и сердце щемило от какой-то необъяснимой грусти… может, потому что подняли эту тему, которую всегда хотелось не поднимать.)

Но он первый мне сказал:

— Вы народ идеи! Такой идеи!… А вы хотите быть, как все?!..

— Я предпочитаю, чтобы в паспорте было написано: «советский человек», — говорю.

— Вот вам! – показывает мне кукиш, — Это видел!..

Я качаю головой, язык заплетается, выдавливаю почти со злостью:

– Ты не знаешь, что значит быть евреем!…

— А ты, знаешь, что значит быть евреем?! – спрашивает? — Откуда вы?! Ты знаешь?!

Он приближается ко мне и резко, как на допросе, спрашивает:

— Откуда вы, евр-р-реи?!

— Не очень интересовался… Из Египта, — отвечаю.

— Ответ неправильный, — говорит, — Из Вавилона.

— Ну и что? Какая, к черту, разница?!

— Когда в Вавилоне вокруг идолов прыгали, Авраам сказал: Да положил я на ваших идолов. Есть Один Бог и все. Одна Сила есть… И точка!.. и надо жить так, как этот Бог хочет. А хочет Он, чтобы жили мы все в единстве и любви! В единстве и любви, понятно?! Одной семьей… А вавилоняне не хотели жить одной семьей. Они не приняли его, Авраама, они его послали. Слышал об этом?

— Ну… слышал… что-то…

(Ответил «слышал», потому что стыдно было, что ничего не слышал.)

— Те, кто пошел за Авраамом, тех и назвали евреи.

— Почему?! – спрашиваю, – Они ж из Вавилона вышли, значит, они вавилоняне?!

— Если пошли за Авраамом, то евреи, — ответил Коля веско, но объяснить не смог.

(Это я потом узнал, что их назвали евреями, потому что прозвище Авраама было – «Авраам-иври» – перешедший, в переводе. Перешедший от служения идолам, к служению этому Закону, который всем и управляет. Закону Единства… Было это…страшно подумать, около четырех тысяч лет назад)

Все это я потом узнал. А тогда я его спросил, Колю:

— Откуда ты это знаешь?

— А я вас изучаю, — он ответил, – я не животный антисемит, я антисемит другой.

— Так ты антисемит?! – говорю, — Коля, мы же с тобой из одного стакана пьем?!…

А его прямо разрывает:

— Вы за идеей Авраама пошли, а не за бабками… за Идеей! а не за бабками! И потом жили по этой идее!

Я вдруг увидел, как это все он переживает! По – настоящему! Даже голос у него дрожал…

— Когда ничего, никаких религий не было, вокруг одни варвары и язычники, вы уже тогда по закону жили! Самому крутому! Наикрутейшему! «Возлюби ближнего, как самого себя!», — говорит, — Ты хоть об этом что-то слышал?! Никто по этому закону не жил. А вы жили. Никто никогда так не жил!… только вы так жили! Вы жили! – он уже кричит мне в лицо. — Жили! Вот это вы и должны людям показать… Как, чтобы так жить!.. Вот поэтому я антисемит сегодняшний. Покажите! Зачем вам этой херней заниматься?! Зачем вам эти бабки говняные, зачем?! Покажите, как вы смогли так жить… Что вам там Авраам говорил?!..

— Да откуда я знаю?! – говорю.

— Знаешь! – крикнул он мне в лицо!

— Откуда я знаю! – кричу в ответ!

— Мы из вас это должны вытянуть, — он хватает меня за грудки. – Я тоже хочу так жить!.. – кричит. — Я так никогда не жил! А я хочу так жить!

Я пытаюсь отбиться. Кричу:

— Ты все это придумал! Где ты видел, чтобы так жили?!

— На вас, — кричит, — еврейская твоя морда! обязанность на вас! Так жить! И мне показать! – кричит. — Чтобы вместе! Чтобы ты и я!…

Кричит… И вдруг хватка его ослабевает.

И вижу, плачет.

Ну хорошо, пусть мы напились, но не от этого плачет.

От боли, говорю вам, от боли. От такого желания, что не передать.

А потом он садится. И смолкает.

А я стою, не знаю, сесть или уходить…

Лопочу что-то такое, типа:

— Да откуда я знаю, да какой я еврей…

А он молчит…

Прошло 25 лет с тех пор. Я постарел, поседел, но я никогда в жизни не забуду тот дождливый день, когда мой друг Коля, украинец по национальности, философ по духу, актер, режиссер, сценарист по профессии рассказал мне, еврею, кто я, откуда взялся, и зачем вообще пришел в этот мир.

Мне уже не отблагодарить Колю.

Он умер от рака три года назад.

Он успел получить много призов, его признали, он ведь очень талантливый был парень!

Не знаю, рассказывал ли он кому-нибудь об Аврааме, или только мне.

Но он этим пробил мне сердце.

Я начал рыть.

В России ничего не нашел.

Через несколько лет уехал в Израиль и встретил моего Учителя.

Так раскрылся мне грандиозный сценарий с Авраамом, евреями, всеми народами мира и всеобщей тоской по Единству, которая сегодня живет в каждом.

У одних она глубоко внутри, у других уже на подходе к сердцу, у третьих это уже молитва, у четвертых, — крик на устах…

Живу и вижу, без Единства — «труба»! Ненависти так много, что захлебнуться можно.

Всем это сегодня позарез надо — Единство!

Каждому!

Только решиться.Только захотеть.

Только шаг сделать. Всем нам. Всем-всем!

И покатит…

Share

Так я стал врагом

IMG_5128.JPG

Семён Довжик

Несколько дней назад известная израильская журналистка Лили Галили опубликовала у себя в Фейсбуке замечательный плакат, некогда висевший в кабинетах гэдээровского Штази. На нем простой и лаконичный лозунг, хорошо знакомый всем родившимся в СССР: «Враг тот, кто думает по-другому». По логике вещей он должен был исчезнуть вместе с «империей зла», породившей подобное мышление. Но лозунг этот, как и само мышление, жив. Он живет в нас.

С началом боевых действий в Газе я, что называется, включился. Можно жить Израилем, не живя там. Это сложно понять не только лондонским, но и израильским друзьям. Принцип «с глаз долой — из сердца вон» в моем случае не работает, но это уже тема для другой колонки. Поскольку подобные события в последние годы происходят в Израиле с завидной периодичностью, то и действуешь уже по знакомой, хорошо отработанной схеме: постоянно находишься на линии с Израилем, не отрываешься от сайтов новостей и социальных сетей. И словно сам оказываешься в зоне боевых действий.

Может, я стал старше, может, сентиментальнее, только в этот раз я следил не только за военными сводками, но и за фотографиями мальчишек, которые еще ничего не успели увидеть в своей жизни, но которых уже хоронят их однополчане. За именами взрослых мужчин, среди бела дня отправленных на войну, с которой им уже никогда не вернуться. Это моя боль. И это чувство отказывается делить погибших по возрасту, уровню достатка, стране исхода и положению в обществе. И по вероисповеданию тоже. Поэтому при виде фотографии целой семьи, погибшей под бомбежками в Газе, я испытал ту же боль. Боль по детям, которым не суждено стать взрослыми. Боль вне политики и политических лагерей. Человеческую и очень еврейскую боль. И вывесил это фото у себя в Фейсбуке.

Знай я тогда, как изменится в этот момент отношение ко мне, думаю, все равно поступил бы так же. Но я не знал. И получил сполна. Как меня только не обзывали! Палестинцем, предателем, перешедшим на сторону террористов, пособником ХАМАСа… (Кстати говоря, еще не поздно внести свою лепту: список продолжает пополняться.) Так я и стал врагом. Это оказалось слишком просто. Одно неправильное с точки зрения агрессивного большинства слово (в моем случае фотоснимок) — и ты попадаешь под каток виртуального остракизма. Права на адвоката у тебя нет, как и права на обжалование приговора. И уже неважно, что ты скажешь или напишешь в дальнейшем, — на тебе ярмо. И прошлые заслуги явно здесь не помогут.

Правда, потом я обнаружил, что не один я оказался подсудимым на этом трибунале. Участь мою разделило немалое количество весьма уважаемых мною людей, позволивших себе иметь иную точку зрения либо усомниться в правильности мнения большинства. Среди них и известные в Израиле артисты, писатели, музыканты. Что характерно, в основном ивритоязычные — на так называемой «русской улице» Израиля в этом смысле почти полное единодушие. Неплохая компания подобралась на нашей скамье подсудимых, доложу я вам! Правда, я бы предпочел оказаться в этой компании при иных обстоятельствах.

В советские годы за инакомыслие клеймили на собрании и исключали из рядов партии. В наше время проявление свободомыслия чревато удалением из друзей в Фейсбуке. Что ж, ничто так не заботило меня в этой жизни, как количество виртуальных друзей, цена сей «дружбы» мне слишком хорошо известна. Гневные отповеди «патриотов» из числа бывших соотечественников, часть которых еще и причисляет себя к журналистам, тоже не особо меня волнуют. Отклики тех, кого я знал и ценил многие годы, — вот что действительно важно. И здесь случались разочарования, к счастью, впрочем, весьма редкие.

Была и еще одна интересная реакция. В мой почтовый ящик не переставали поступать сообщения от «единомышленников»: «Ты прав! Молодец, мы поддерживаем тебя!» И тут же просили простить их за то, что не могут выразить свою поддержку открыто. Боятся!

Война все доводит до крайности. С одной стороны, небывалое чувство локтя, национальная гордость, забота о ближнем — все то, чего так не хватает в мирном Израиле. С другой — нетерпимость, озлобленность, неприятие инакомыслия, поиск внутреннего врага и желание как можно скорее вздернуть его на фонарном столбе. Многое из произошедшего с начала войны в Газе вызывает восторг и гордость, многое еще долгое время будет вызывать чувство стыда. Агрессия в отношении тех, кто посмел не согласиться с официальной точной зрения, будь они тысячу раз неправы, не укрепляет обороноспособность. Никогда еще в истории человечества ненависть не приводила ни к чему хорошему. Нам ли, евреям, не знать этого.

Я не про правых, левых, красных, черных, оранжевых… Любая крайность, любой экстремизм одинаково опасны. Те, кто не приемлет чужого мнения и готов без страха и упрека навешивать ярлыки на своего оппонента, объединились в едином угаре. Одни призывают закатывать в бетон и мочить всех без разбора, включая вчерашних друзей, посмевших встать под неправильный транспарант. Другие словно забыли, где живут, впав в транс миролюбия. Середина исчезла. Да и была ли середина?

Я отказываюсь присоединяться к одной из сторон. Я не готов ненавидеть. Я требую своего права на милосердие и сострадание. Я не могу не испытывать боль и жалость ко всем, кто должен был жить и кого уже нет.

Опубликовано на сайте Jewish.ru 26 августа 2014 г.

Share

Их не победить!!!

20140728-123152-45112616.jpg

♥ღ♥Из жизни…♥ღ♥

Вчера утром услышал в новостной передаче необычную историю, которая очень задела меня. Пять лет назад во время операции «Литой свинец», для тех кто не знает — одна из антитеррористических операций, которые Израиль вынуждают постоянно проводить «мирные жители Газы», во главе с террористической организацией Хамас, Первым погибшим израильским солдатом был Двир Мануэлов.

В студии выступала мать этого солдата. За пару лет до этого его семья похоронила отца семейства. Каждый день, входя в опустевший дом, эта женщина мысленно просила Бога дать ей какой-то знак, что она ещё сама жива, т.к. то, что происходило с ней после всего пережитого мало походило на нормальную жизнь. И вот в один из дней, через пять с чем-то месяцев после гибели сына, её дочь уговорила её сходить на концерт, чтобы как-то развеяться.
Они пришли немного заранее и стояли в лобби. И вдруг она почувствовала, что кто-то трогает её сзади за плечо. Обернувшись, она увидела малыша лет 6-7, со светлыми кудряшками и голубыми глазами, который улыбался ей, что говорится от уха до уха. -Как тебя зовут?- спросила она.-Эшель. -Ты хочешь быть моим другом? Малыш согласно кивнул головой, не переставая улыбаться. -Ты хочешь на концерте сесть рядом со мной? И малыш вновь кивнул головой. В это время его окликнула мама: -Эшель, иди сюда, стой здесь рядом с папой и Двиром — На руках у отца был младенец приблизительно 5-6 месяцев.

Мать солдата подошла к ним и извинившись спросила, родился ли этот младенец до операции «Облачный столб» или после. И услышала в ответ, что он родился после. И наконец она спросила, почему они назвали ребёнка Двиром, ведь это довольно редкое имя, ну скажем, как в русском Феоктист. И их ответ потряс её до глубины души: -Мы назвали его так в честь первого погибшего солдата во время операции «Литой свинец».

Когда сквозь слёзы она сказала им, что она мать того самого солдата, они даже сразу на поверили. С тех пор они уже пять лет дружат семьями. Вот так погибший сын вернулся к своей матери в образе младенца с его именем.Скажите, кто-нибудь сможет победить народ, в котором так свято чтят память ребят, отдавших свои жизни за эту маленькую страну, постоянно вынужденную выживать среди недружественных соседей и террористических атак? Ответ: Н И К О Г Д А!!!
ЕЖИЧКА – «Дневник ЕЖИЧКА (Лилия)

Share

Логический подход простого лагича к арабо-израильскому конфликту

20140723-164837-60517044.jpg

Эльнур Меликов

Аргументы и факты неоспоримых реалий Ближнего Востока

Мои знакомые, друзья и даже родственники меня часто упрекают, а то и обвиняют в защите Израиля, говоря: «Какой же ты мусульманин (шиит), если защищаешь евреев?» Однако, если рассуждать логически, а не на эмоциональном уровне, то по сути моя позиция больше проарабская, нежели произраильская. Не собираюсь углубляться в хронологию арабо-израильского конфликта. Я всего лишь стараюсь показать логичность моей позиции. Арабский мир, в основном мусульмане, в том числе и азербайджанские мусульмане вокруг меня, к арабо-израильскому конфликту подходят слишком эмоционально, а эмоции – как вкусы, о них не спорят.

Я против того, чтобы погибали дети и мирные граждане, но для этого, как сказала Голда Меир, в первую очередь сами палестинцы должны любить и оберегать своих детей, а не воспитывать в них неприязнь к евреям, т.е., опять-таки включать эмоции вместо понимания. Давайте посмотрим сначала на то, что, на мой взгляд, оправдывает Израиль.

Религиозный аргумент

В священных книгах иудеев написано, что Израиль был завещан евреям Богом как Земля Обетованная. Насколько мне известно, согласно шариату мусульманин должен с уважением относиться к другим авраамическим религиям и, соответственно, к их священным книгам.

Исторический аргумент

Наверное, никто не сомневается, что сердце Израиля, источник трёх цивилизаций – город Иерусалим. Иерусалим является святыней для всех представителей трёх известных религий. Но в тоже время, давайте честно признаем, что у мусульман по своему религиозному значению на первом месте стоит Мекка, на втором — Медина, затем Кербела, Наджаф и т.д. Насколько мне известно, Иерусалим, хотя и считается священным городом, но в первую пятерку списка не входит. Для евреев же Иерусалим как святыня стоит на первом месте, а Стена Плача, которая находится рядом с мечетью Аль Акса, вообще является единственной в своем роде.

Да, Иерусалим, наверное, является одним из рекордсменом по тому, сколько раз его завоевывали разные силы в разные времена.

Но здесь следует учитывать один важный момент. Большинство иудаистов по национальности являются евреями, и, возможно, большинство евреев по вероисповеданию являются иудаистами.

Так было всегда в Земле Обетованной, и такое положение существует по сей день. Ислам как вероучение появился на свет только спустя полтысячелетия после разрушения Второго Храма, и в этом смысле никак не может конкурировать с иудаизмом за право считать своей единственной «столицей» Иерусалим, где евреи жили за столетия до появления новой религии. После разрушения Второго Храма евреи были вынуждены покинуть территорию Иерусалима и расселились по разным концам земли, в том числе и на Кавказе.

Будучи вынуждены уйти из Иерусалима, евреи ни официально, ни в устной форме никогда никому не передавали и не завещали свои земли. Наоборот, покидая Израиль, читали печальные стихи, в которых говорилось, что Израиль — это их земля, что они не отказываются от обещанного им и что однажды они вернутся в эти земли. И значит, в споре «кто первый был в Иерусалиме», проиграют все, кроме евреев. «В следующем году – в Иерусалиме» — разве это не самый древний девиз в нашей части света? В разные времена у Иерусалима были разные завоеватели, даже в XI веке Османская империя завоевывала Иерусалим у арабов-мусульман (кстати, хотел бы я посмотреть, на чьей стороне в этой битве воевал бы неоосманский Эрдоган — на стороне арабов или османского императора).

В Европе, Азии, США — повсюду евреи живут благодаря своим талантам и способности к выживанию и играют ведущую роль в развитии и прогрессе нашей планеты. Они же составляют большинство в списке нобелевских лауреатов. Но вот в середине прошлого века происходит Холокост, и после этой катастрофы не только евреи, но и все мировое сообщество решает, что избранному народу необходимо иметь свое государство, и в 1948 году учреждается государство Израиль. Тот, кто не признал этого факта, противостоит не столько Израилю, сколько всему остальному миру.

Успехи и достижения евреев

Палестинцы – это арабы, которые считают территорию Израиля (особенно Иерусалим) своей землей. Но в тоже время, евреи также считают, что это их земля, и в этом споре могут предъявить более весомые аргументы и факты. Евреи, тратя все свои ресурсы и материально-интеллектуальные ресурсы диаспоры, в крайне трудных природных и политических условиях, в окружении врагов, уже построили развитое по всем параметрам государство, в котором есть свое место и у израильских арабов.

А что успели сделать палестинцы, отрицающие само право Израиля на существование? Многие арабы ради Иерусалима или освобождения Палестины от израильтян готовы умереть (они сами открытым текстом заявляют об этом на каждом шагу), евреи же ради Израиля готовы жить, развиваться, достигать прогресса, а иногда даже лечить арабских террористов в своих клиниках за счет Израиля. Одно только это для вменяемых людей должно быть достаточным аргументом для того, чтобы определить, кто и насколько достойно владеет этими землями. Парадокс, но Израиль помогает палестинцам больше, чем все арабские страны вместе взятые.

Единственная еврейская страна в мире

Израиль — единственная страна в мире, где большинство населения по вероисповеданию является иудеями, а по национальности — евреями. А сколько в мире арабских стран? Больше двадцати, и некоторые из них нефтяные гиганты. Сколько в мире стран, где мусульмане составляют большинство? Еще больше, чем арабских стран. Какую долю территории арабских стран занимает Израиль, смешно и говорить.

Легкое решение конфликта

Сегодня, в 2014 году, когда уже многое стало ясным и определенным, самое удачное для арабов решение конфликта, на мой взгляд, состоит в том, чтобы отказаться от все видов насилия, отказаться от строительства палестинского государства, признать государство Израиль и начать новый путь, ведущий к развитию. Но, к сожалению, это невозможно по двум причинам: а) палестинцы — очень удобный «инструмент» в руках арабских стран, Ирана и эрдогановской Турции для воздействия на Израиль; б) головы палестинцев так промыли, прикрываясь ширмой религии (ислама), что, возможно, большинство арабов думает о возможности физического уничтожения Израиля и подходят к вопросу не с позиций логики и не с холодной головой, а только с эмоциями, эмоциями и еще раз эмоциями.

Если же палестинцы плюют на все перечисленные аргументы и отказываются от легкого решения конфликта, предпочитая войну и только войну, то в этом случае, чтобы мусульманские страны, особенно азербайджанские мусульмане, не пришли в состояние аффекта, можно пойти по следующему сценарию.

Палестинцы забирают всех своих детей, жен, мирных граждан и переселяются в какую-нибудь страну. Если даже арабские страны откажутся, Иран и Турция точно их примут. В противном случае это будет политический суицид для Эрдогана и режима аятоллы (Кстати, хочу особенно подчеркнуть, что политика Ирана по отношению к Израилю, катастрофически не правильна и она обязательно должна изменится на 180 градусов). А там в Газе пусть остаются только боевики. В таком случае, я уверен, и Израиль тоже сделает добрый жест и выпустит из тюрьмы всех палестинцев, позволив им объединиться с братьями против Израиля.

И начнется последняя решающая битва «Армагеддона», и кто в ней победит, тот и будет владеть Израилем. Зато в мировых СМИ и социальных сетях больше не появятся фотографии убитых палестинских детей.

Но вряд ли это произойдет, так как палестинцам нужно находиться там со всеми женами и детьми, чтобы кровавые режимы в мусульманских странах региона вместо того, чтобы строить у себя нормальную жизнь, могли показывать своему обществу, как ЦАХАЛ убивает детей, и указывать на Израиль как на врага мусульман и Ислама. Если же палестинцы сами хотят оставить все как есть, тогда, господа, не обижайтесь — на войне как на войне, арабы и евреи, каждый со своей стороны, борются тем, что имеют, в соответствии со своими возможностями. Не говорите нам, что убивают детей. О безопасности этих детей в первую очередь обязаны думать их родители, а во вторую — та власть (ХАМАС), которую они признают. У Израиля свои дети, и они защищены. Израиль, в отличие от арабов, своих детей и жен не превращает в щит, почему бы арабам не поучиться у евреев?

Мир создавал Израиль как государство евреев. Ни сам Израиль, ни остальной мир, однако, не виноваты, что 66 лет спустя Израиль остается единственным демократическом государством, пусть и с недостатками, на всем Большом Ближнем Востоке. Вот почему сегодня мир защищает Израиль не столько как государство евреев, сколько государство демократическое, окруженное готовыми к насилию государствами.

P.S.

На прошлой неделе в СМИ появилось сообщение о том, что в поселке Нардарана (недалеко от центра Баку) 25 июля состоится акция протеста против бомбежки Газы, и нардаранцы собираются в очередной раз сжечь флаг Израиля.

Хочу напомнить, что президент Алиев очень тесно дружит с Израилем, с представителями кабинета Нетаньягу, мировыми еврейскими общинами и организациями. В СМИ и соцсетях политологи из разных стран напоминают, что Алиев держится у власти благодаря поддержке еврейских друзей. Все мы прекрасно знаем, что флаг Израиля дорог не только для израильтян, но и вообще для всех евреев, он считается честью и славой избранного народа. Как же может теперь президент Алиев допустить сожжение израильского флага в Баку? Для этого не обязательно отправлять в Нардаран колонну внутренних войск, достаточно лишь скромного заявления самого президента с предложением отказаться от сожжения флага, и тогда этого не произойдет.

От редакции:

Эльнур Меликов — гражданский активист, Баку, skype: elnur_realist

Share

ИЗРАИЛЬ. ДЕТИ.

20140702-174443-63883181.jpg

(сугубо субъективные, абсолютно не трэндовые заметки)
Шахар
Это заговор против человечества. Они везде: ты в супермаркет — они там стаями — в колясках, на четвереньках, на руках, прибитые к грудям — везде.
Ты в ресторан — они уже там. Ползают под столами, хватают тебя за штанины или просто подбегают, прижимаются, заглядывают в глаза, одаривают слюнями, крошками, молочно-щербатыми улыбками и бегут к кому-то другому.
Ты в лифт — оттуда вываливает десять колясок с мамами и папами. И только в Израиле папа с коляской может придерживать лифт для другого папы с коляской. Или двое бизнесменов в ресторане ведут переговоры с малышами на руках. Говорят даже министры прибегают на правительство с детскими автокреслами, сдают их секретаршам, а потом забирают, уединяются в кабинетах и кормят своих министерских детей смесями.С детьми едят, тусят, ходят по магазинам, в кино, на пикники, на море… Если не встретил ни одного месячного младенца на пляже — с красными ручками, сморщенными личиками и растрепанным ирокезом на голове — считай, ошибся страной.
Это реально нашествие: детские площадки забиты, бассейны для грудничков — едва ли не в каждом кибуце, на светофоре что ни автомобиль — заднее сиденье кишит детьми. Женщинам в Израиле ходить порожняком — убивать жизнь зазря. Кто не с ребенком, тот с животом, кто без живота, тот на ранних сроках. Иметь меньше, чем троих детей — диверсия против национальной безопасности.
И вот теперь самое парадоксальное. Идешь с ребенком по улице — прохожие заглядывают в коляску, улыбаются. Подростки, кому по возрасту уже положено забивать косяки, прижимать девчонок в укромных углах — подходят, треплют младенца за ноги и умиляются. В поликлинике для грудничков (в Израиле это красиво называется «Капля молока») шагу не ступишь, чтобы ребенку не улыбнулись, не осели от переизбытка чувств вот с этими «уси-пуси». А повидали они многое.
Детские площадки — в каждом дворе. И нет в этом ничего героического, как в Москве. Собянин построил сеть площадок — труба: мэр-реформатор. Герой. А здесь это — нормально. Не нормально, если нет. Это в России все лучшее детям. А здесь детям — все. Буквально все. Все вокруг них.
Это и правда какой-то заговор против человечества. Я не знаю, как насчет Эдемского сада, но что это рай для детей — точно. Рожать и растить ребенка нужно именно здесь. Пока он растет, его буквально маринуют в любви. И потом, когда он вырастает, ему не нужно объяснять, что такое патриотизм, любовь к родине. Он это знает и так. И в армию идет не по принуждению, а потому что хочется. И флаги по праздникам и дням скорби вывешивает не по указке сверху, а потому что хочется. Это в других местах — долг перед родиной. А здесь ее банально и тупо любят. Потому как это взаимно.

Share

Всем сидеть!

…к примеру, я совершенно уверен, что в самом скором времени в Израиле будут лучшие тюрьмы в мире. Логика здесь совершенно простая. Бывший президент уже сидит, бывший министр финансов не так давно откинулся, бывший премьер сушит сухари. По наметившейся тенденции, представители властной верхушки страны имеют все возрастающие шансы оказаться за решеткой в тот или иной период своей политической карьеры. Это раньше, чтобы пробиться в элиту, надо было отслужить в суперспецназе «Сайерет Маткаль». А теперь, сдается, у будущих политиков одна дорога —казенный дом.

Семён Довжик

20140410-150003.jpg

Обожаю Италию, и, рискую предположить, я в этом не одинок. Не говоря по-итальянски и бывая в Италии исключительно туристом, я все равно чувствую себя там очень уютно, почти как дома. Потому что Италия — это европейский Израиль. Израиль и Италия удивительно похожи друг на друга. У них море — и у нас не хуже. У них все орут, разговаривают руками и водят машины как сумасшедшие — так в этом мы кого угодно переплюнем. У них паста — у нас шакшука. У них Тоскана — у нас Галилея. У них пышногрудые брюнетки а-ля Моран Атиас — и у нас Моран Атиас, пусть и наездами. У них бардак — и у нас бардак. Ни в чем мы Италии не уступаем, кроме одного — степени бескомпромиссности судебной системы. У них осудили самого премьер-министра, в Израиле же — только президента. И хотя наш бывший президент отбывает реальный срок, а их премьер выкрутился по амнистии, все равно тут итальянцы были круче. До недавнего времени. На этой неделе мы сравняли счет: обвинительное заключение в адрес бывшего главы израильского правительства Эхуда Ольмерта показало не только Италии, но и всему миру, что у нас готовы посадить любого.

Когда мне говорят, что Израиль во многом уступает США и странам Европы, я взрываюсь. Нашу страну совершенно незаслуженно недооценивают. У нас многое не хуже, чем у других. А какой потенциал! К примеру, я совершенно уверен, что в самом скором времени в Израиле будут лучшие тюрьмы в мире. Логика здесь совершенно простая. Бывший президент уже сидит, бывший министр финансов не так давно откинулся, бывший премьер сушит сухари. По наметившейся тенденции, представители властной верхушки страны имеют все возрастающие шансы оказаться за решеткой в тот или иной период своей политической карьеры. Это раньше, чтобы пробиться в элиту, надо было отслужить в суперспецназе «Сайерет Маткаль». А теперь, сдается, у будущих политиков одна дорога —казенный дом. Так неужели же эти люди не позаботятся о своем будущем? Еще как позаботятся. Вот увидите, бюджет пенитенциарной системы Израиля в самое ближайшее время ожидают серьезные финансовые вливания. Чтобы можно было, так сказать, соответствовать европейским нормам касательно прав и свобод заключенных. А поскольку Израиль, в отличие от той же Италии, страна хай-тека, думаю, сидеть будущим политикам в каких-нибудь интерактивных нанотюрьмах.

Интересный момент: тема посадки не обошла и хитросплетенные отношения религии и государства. Религиозные авторитеты показали, что они ничем не хуже авторитетов светских —и вот вслед за первыми лицами государства за решетку засобирался и бывший главный раввин Йона Мецгер. У нас в Израиле религия и государство неразделимы!

Единственное, что удручает: даже в этой передовой области все еще сохраняется дискриминация выходцев из России. Сколько политиков пересажали за последние десять лет, а вот представителя репатриантов Авигдора Либермана все никак не посадят. Столько лет человек добивался своего, столько раз дело доходило до суда —а все никак. Да, есть еще в Израиле стеклянный потолок. Но, как мне кажется, Либерман выбрал неправильную стратегию. Взятки, отмывание капитала, подставные фирмы, двойная бухгалтерия —сейчас этим никого не удивишь. Сексуальные домогательства —вот это тема! Бывшего депутата и министра юстиции Хаима Рамона за один поцелуй чуть не упекли. А Сильван Шалом только в кресло президента нацелился —тут же на свет белый выскочил секс-скандальчик из прошлого, и еще непонятно, чем все закончится. Будь я на месте советников Либермана, я бы ему посоветовал двигаться именно в этом направлении. Поцеловать кого-нибудь взасос прилюдно или за причинные места ухватить —и дело в шляпе. Точнее, дело в прокуратуре.

По количеству секс-скандалов в среде политической элиты Израиль давно уже выбился в пятерку ведущих стран мира. Да что я скромничаю, какая пятерка —мы имеем серьезные шансы претендовать на мировое лидерство в этом вопросе! Хотя и здесь еще есть над чем работать. Как всегда, в Израиле хромает пиар. Возьмем, к примеру, историю с Биллом Клинтоном. Кто такая Моника Левински, знает каждый подросток, достигший возраста полового созревания. И о том, чем г-жа Левински занималась с президентом США в его кабинете, разве что мультфильмы не сняли. А у нас что? Где эта «Алеф», благодаря которой душка Моше Кацав стал первым президентом Израиля, оказавшимся за решеткой? Где та солдатка, что не оценила по достоинству любвеобильность аксакала израильской политики Хаима Рамона? Почему ее фото не украшают рекламные проспекты того же министерства туризма? В общем, есть здесь еще поле для деятельности.

В плане прошлых и будущих отсидок весьма интересны и предстоящие президентские выборы. Сдается мне, что серьезно возросли шансы на победу у нынешнего главы Сохнута Натана Щаранского. Анатолий Борисыч —человек бывалый, авторитетный (в Союзе сидел по обвинению в измене родине) и много чего может рассказать нынешним израильским политикам, имеющим, как уже говорилось, неплохие шансы в один прекрасный день оказаться за решеткой. Кстати, и в самом Сохнуте аура в этом смысле исключительно правильная. Бывших сохнутовских руководителей традиционно пытаются посадить. То экс-главу агентства Симху Диница привлекли, то экс-казначея Меира Шитрита. Сохнутчики —люди закаленные, вышли сухими из воды. В любом случае, если г-на Щаранского изберут на заветный пост, в Израиле будет уже два президента, побывавших в местах не столь отдаленных. Правда, Щаранского, в отличие от его сомнительного коллеги, за это можно будет еще и уважать.

Что касается бывшего премьера Эхуда Ольмерта, то ему, судя по всему, пора сушить сухари. У него достаточно близких друзей и соратников, которые отлично просветят его относительно тюремного этикета. Бывший министр финансов и бывший коллега по партии Авраам Гиршензон, освободившийся всего год назад, как никто другой может рассказать об устоях и нравах тюрьмы «Римоним». Еще один иерусалимский друг Ольмерта, бывший глава МВД Израиля Арье Дери, нарисует в красках будни тюрьмы «Маасиягу». В Израиле политическая элита остается таковой даже за решеткой: для бывших представителей власти существуют специальные отсеки в тюрьмах, так что Ольмерту информация от коллег по несчастью может быть как нельзя кстати.

Share

БРАТ АРАБ

iCA2I1P5G
 Геннадий ФИШБАЙН

«По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою»  Ин. 13:35

   Душная летняя ночь. В тяжелом, спертом воздухе повисла тревога. По одному из южных поселений Ливана пробирается шестерка солдат Армии обороны Израиля. На улице ни души – в действии комендантский час. Ужас нагоняет мысль о том, что враг нападет из-за угла. Оттого-то ребята и вертят головами в разные стороны, перемещая тело и автомат в сторону поворота головы. Каждый год они служат одним и тем же составом, если, конечно, все живы, – уже сплоченный коллектив. При такой службе необходима уверенность в товарищах и готовность самому подставить плечо.

Ари идет замыкающим, он старший в отделении, даже старше командира, однако держится всегда со всеми на равных. Он продвигается большей частью задом, а разворачиваясь, чувствует, как ночь прилипает грязным обмундированием к похолодевшей от пота коже. Ари думает о том, как бы он справился с этим страхом раньше, когда еще не знал Бога и не надеялся на Его хранящую руку. Он думает и об остальных, которые не имеют такого «щита». Что же они должны ощущать? Ари – верующий, христианин. Товарищи всегда спорят с ним, но относятся к нему и к его вере с уважением. Ари охватывает восторг при мысли о Давиде, который идет в цепочке перед ним. Два дня назад Давид принял Иешуа в свое сердце и обрел мир с Богом. Ари был свидетелем его обращения, когда они оба молились за палаткой, под звездным небом, которое на Востоке кажется особенно близким. А вчера, перед тревогой, в палатке был разговор:
– Бог избрал еврейский народ. Почему же Он тогда допускает эту бесконечную войну?
Ари не хочет углубляться в дискуссию и отвечает:
– Бог поругаем не бывает, так написано в Библии.
– Ну хорошо, а как же быть с инквизицией и крестовыми походами – это ведь дело рук христиан?
– Кто тебе сказал, что они были верующими христианами? – парирует Ари.
Но ребята продолжают:
– По тебе видно, что ты верующий, но Давид? Он-то, каким был, таким и остался…
Ари смеется:
– Он теперь новое творение, только еще очень маленькое. Младенец, родившись, не сразу начинает ходить.
Потом была тревога…
Перед каждым поворотом улицы Давид шепчет: «Только бы не стрелять, только бы не стрелять…» Слыша его шепот, Ари сжимает плечо товарища и подбадривает его: «Господь обещал…» Вчера перед тревогой они вдвоем так горячо молились об этом, что даже неверующие соседи по палатке проникнулись их уверенностью.
Свернув в очередной раз за угол, отделение замерло от звука внезапно заведенного автомобильного двигателя. Прижавшись к стене, испещренной фразами на арабском языке, солдаты вслушиваются в темноту, оценивая обстановку. Неожиданно в окне особняка зажегся свет – возможна стычка. Ребята смотрят на Ари, как бы спрашивая: «Что, не помогла молитва?»
– Ну вот, – вздыхает Давид.
– Где вера ваша? – цитирует Евангелие Ари, не давая места сомнению, которое пытается проникнуть и в его сердце.
– Ари с Давидом вперед! – шепотом приказывает командир.
Перебежав дорогу, отделение засело у высокого забора особняка, а верующие друзья ползком подбираются к калитке и залегают по обе стороны от входа. Глотая слюну пересохшим горлом, Ари пытается медленным движением руки проверить, открыта ли калитка. Он слышит биение своего сердца. Упор – дальше не идет. Но тут же глаза нащупали в темноте закрученную на месте замка проволоку.
– Кусачки, – коротко командует Ари.
Давид, учащенно дыша, протягивает инструмент с длинной рукояткой. Еще мгновение – и глухой щелчок перекусанной проволоки отзывается коротким спазмом в сердце. Став на ноги, Ари командует: «За мной!» Резкий удар ноги, обутой в кованый полусапог, распахивает калитку настежь, и в то же мгновение друзья врываются во двор особняка с криком: «Дом окружен, руки за голову!» У капота микроавтобуса в испуге, с заложенными за голову руками, стоит интеллигентного вида человек с бородой, как у обычного правоверного мусульманина.
– Документы, – с трудом удерживая дрожащий палец от нажатия на курок, произносит Ари.
– Тише, детей разбудите, – в полголоса говорит бородач, доставая и протягивая бумагу.
В освещенном окне появляются три детские головки. Ари направляется к микроавтобусу, недоверчиво глядя по сторонам и останавливаясь на расстоянии вытянутой руки. Давид стоит, готовый в любую секунду спустить курок автомата. Взяв документ из протянутой к нему руки, Ари читает его при свете, падающем из окна, глядя то в бумагу, то на хозяина: «Пастор арабской христианской общины», – читает и глазам своим не верит.
– Слава Твоя превыше небес! – подняв к небу глаза, восклицает он, и уже через минуту все трое обнимаются.
Ворвавшиеся товарищи останавливаются у калитки как вкопанные, в растерянности глядя на эту немую сцену.
– Все в порядке, – докладывает командиру Ари.
– Он что, еврей? – спрашивает тот, приходя в себя.
– Нет, араб, местный.
– Тогда чего же ты с ним обнимаешься, как с братом? – продолжает допытываться командир.
– Он и есть брат.
– Что, араб – твой брат?! – не понимает командир.
– Мы все, и я, и Давид, и этот араб– братья.
– В Иешуа мы все братья! – объясняет Давид с сияющей улыбкой на лице.

image

№2, 1996 г.

Share

ПРАЗДНИК ОСВОБОЖДЕНИЯ. ПУРИМ.

 

fdc3669722abadfa97cc6cc72b9ec73e

Хранящий Израиля
    Пурим является одним из самых важных еврейских праздников. Некоторые раввины утверждают, что и после пришествия Мессии, когда все праздники станут излишними, праздник Пурим будет праздноваться. Такое значение Пурима объясняется тем, что этот праздник является выражением веры в незримое влияние невидимого Бога на сценарий человеческих действий. История Есфири — это должное чествование Бога народом Израиля на чужбине. Лишенный храма и священников, пророка и даже просто видного духовного лидера, народ все же глубоко верует в Божью заботу. Книга Есфирь, в которой не упоминается имени Бога, каждой строкой и каждым словом возвещает о том, что не спит Хранящий Израиля.
Пурим в жизни евреев
    Пурим празднуется в месяце Адар, двенадцатом месяце священного года, соответствующем примерно нашему марту.
    Каждый год во время праздника история Есфири читается в синагогах в многоголосом пении. Весело приветствуется имя Мардохея, а имя Амана поминается издевательскими выкриками и звуками специальных трещоток. Везде властвует веселье. Следуя традиции времен первого Пурима, посылаются подарки и неимущим в знак памяти об освобождении евреев из рук врагов: Амана и его приспешников.
    Читая историю Есфири, мы видим мельчайшую сеть кажущихся случайностей, сплетенную невидимой, но уверенной рукой Бога в единый узор, обещающий спасение. Это наставление не только для евреев, но для всех верующих: Бог находится выше всех человеческих начинаний. Он всегда выполняет Свои планы. Но, чтобы увидеть это, надо смотреть глазами веры. Описываемые в книге Есфирь события происходят в древней Персии во времена ее высшего расцвета. Несколько лет прошло с тех пор, как Кир в 538 году до Р. Х. разрешил евреям под предводительством Зоровавеля возвратиться из Вавилона на родину (Езд. 1:6).
    Те евреи, которые остались жить в Вавилоне, предпочли обеспеченную жизнь в рассеянии трудным начинаниям по восстановлению разоренной родины. Среди тех, которые остались на чужбине, были Мардохей и Есфирь. На троне Персидской империи, охватывающей 127 провинций, восседал Артаксеркс (486—465 до Р. Х.), правитель властный, но очень подверженный влиянию интригующих придворных политиканов. Израильские раввины называют его Агазейрус, «царь-глупец», и, наверное, не без оснований.
Аман — орудие сатаны
    Аман, «черный дух» драмы, является потомком Амалика, извечного врага Израиля, род которого Бог приказал Израилю стереть с лица земли (Исх. 17:16). Саул, первый царь Израиля, ослушался Бога и помиловал предков Амана, что имело тяжелые последствия для Израиля. Но заметьте артистизм Божьего провидения, выбравшего для исправления ошибки именно Мардохея из того же колена, что и Саул. В нем приводится в исполнение Божье решение об уничтожении рода Амалика.
    Но Аман, приближенный Артаксеркса, еще не знает об этом. Этот зазнавшийся политик, снедаемый ненавистью к евреям, сам сует шею в петлю, не ведая о том, что того, кого Бог хочет наказать, Он сначала лишает разума. Аман был орудием в руках сатаны, который от начала стремился уничтожить евреев. Сатана знал, что от семени Авраамова миру будет дан Тот, Который размозжит ему голову.
    Поведение Амана по отношению к Мардохею поразительно современно. Еврей Мардохей ненавистен Аману, и тот свою злость обращает против всех евреев. Исторические события обладают способностью повторяться.
Обвинения
    Когда Аман пришел к Артаксерксу, требуя полного истребления евреев, он имел при себе целый перечень обвинений против них: «И сказал Аман царю Артаксерксу: есть один народ, разбросанный и рассеянный между народами по всем областям царства твоего, и законы их отличны от законов всех народов, и законов царя они не выполняют, и царю не следует так оставлять их» (Есф. 3:8).
    Эти обвинения примечательны тем, что они выдвигались против евреев во все времена их трагической истории.
    И вывод знаком нам из истории: «Если царю благоугодно, то пусть будет предписано истребить их». Аман, как и Гитлер и подобные ему, имел готовое решение еврейской проблемы — полное уничтожение евреев.
    Артаксеркс, не зная, что такое жалость, и полностью доверяя Аману, разрешает: «Делай с ними, что хочешь».
    Как часто евреи оказывались во власти безжалостных! Итак, приговор вынесен, силки расставлены. Есть ли выход для гонимых?
Когда цари и генералы пьют
    «И царь и Аман сидели и пили, а город Сузы был в смятении». Эти немногие слова как нельзя лучше описывают всю трагичность положения. Царь и его главный советник садятся пить, в то время как весь город находится в тревоге.
    Горе стране, чьи руководители предаются кутежам в то время, как их подданные находятся в смятении! Нечто зловещее кроется в таком положении дел, и божественная кара не заставит себя долго ждать.
Верное средство
    Но именно в опасности важно упование на Божью помощь и милость. Ночь темней всего перед рассветом.
    Первой реакцией евреев на указ царя были пост, молитва и покаяние. Что за прекрасный пример для подражания! Надежное средство, которое никогда не отказывало, если надо было тронуть сердце Бога. Ведь это Он обещал:
    «И если смирится народ Мой, который именуется именем Моим, и будут молиться, и взыщут лица Моего, и обратятся от худых путей своих, то Я услышу с неба и прощу грехи их и исцелю землю их» (2 Пар. 7:14).
Царица Есфирь
    Есфирь, вышедшая из семьи изгнанников-евреев, по чудному замыслу Бога — на престоле Персии. И Есфирь, и Мардохей скрывают свое происхождение. Сам факт их пребывания в Персии дает повод к предположению, что они предпочли комфорт Персии трудностям святой земли. Знаменательно, что их имена не еврейского, а вавилонского происхождения. Попытка приспособиться к окружающей среде часто повторялась в еврейской истории. Евреи думали, что, перенимая язык, привычки, одежду и даже имена, они смогут смешаться с людьми, среди которых они жили, но это было почти всегда напрасно. Когда приходит время, Бог всегда посылает аманов и гитлеров, и те слезами и кровью напоминают им об их роковом происхождении и предназначении.
    В Персидском царстве, вероятно, уже была сильная вражда против евреев, потому что Мардохей, воспитатель Есфири, счел нужным воспитать ее так, чтобы она скрывала свое происхождение. Антисемитизм сидел глубоко в народе великой империи, так что Аман нашел благоприятную почву для удовлетворения своей ненависти к евреям.
    И Есфирь скрывает свое еврейское происхождение настолько, что Мардохей нашел нужным напомнить своей державной родственнице: «Если ты промолчишь в это время, то свобода и избавление придет для Иудеев из другого места, а ты и дом отца твоего погибнете. И кто знает, не для такого ли времени ты и достигла достоинства царского?» (Есф. 4:14).
    Воля и решительность Есфири в этот момент — прекрасный пример для подражания всем, любящим Бога: «Если погибать — погибну».
Антисемитизм — ослепляющий недуг
    Аман, обласканный Артаксерксом, наслаждается почестями. Он простирает подаренное ему блаженство на своих друзей и жену и предвкушает будущие почести… Но в его елее находится муха — Мардохей, этот упрямый, неодолимый еврей. О, если бы он только мог избавиться от Мардохея, его блаженство было бы неизмеримо. Мардохей стал одержимостью Амана, его раздражающей хворью, одолевающей многих вполне разумных и даже неглупых людей. Когда разговариваешь с ними, они производят впечатление людей здравомыслящих, пока не затронешь тему евреев. Но вспомните о евреях, и они разгораются, как пожар. Еврей в их представлении стоит за всеми и вся. Все их собственные проблемы и невезения, все международные конфликты и человеческие страдания, все, что когда-либо пошло вкривь, во всем виноваты евреи — это змея в их раю.
Немного Божьей иронии
    Немножко Божьей иронии можно найти и в истории Амана. Он, который разрабатывал планы истребления евреев, навлек Божий гнев на себя самого. Аман в своей слепой ненависти к евреям и неистовом честолюбии, не желая того, сам создал все условия для прославления Мардохея и своего собственного унижения и последующей казни. Виселица, которую он возвел для Мардохея, оказалась предназначенной для него самого. Аман лишь один из многих в длинной веренице людей, предназначенных Богом для доказательства правдивости Своего Слова: «Ни одно орудие, сделанное против тебя, не будет успешно» (Ис. 54:17).
    Бог вступился за Свой народ.
    Есфирь просила у царя права на самозащиту. Победив своих врагов, евреи грабежа не допустили („а на грабеж не простерли руки своей»), чтобы клеймо грабителей не пристало к ним.
Пурим — это жребий
    В память об этом великом освобождении Мардохей и Есфирь ввели праздник Пурим, что означает «жребий» (Есф. 9:26). Суеверный идолопоклонник Аман решил найти наиболее благоприятный день для уничтожения евреев и кидает жребий. Жребий выпал на тринадцатый день месяца Адар, двенадцатого по священному календарю. Так день, назначенный для истребления евреев, превратился в день их освобождения. В конечном счете их победа является победой Бога над сатаной, победой молитв, постов и веры над слепой ненавистью язычников. Это победа провидения и любви Господа Бога, ибо «не спит и не дремлет хранящий Израиля».

Тысячи путей уводят от цели, и лишь один-единственный ведет к ней.
М. Монтень

image

№1, 1995 г.

Share
В соц. сетях
Рубрики раздела
Архивы