и … болью

Саша Галицкий

Жизнь по ошибке

IMG_5313.PNG

КТО-ТО СПУТАЛ СЕМЕРКУ С ДЕВЯТКОЙ, КТО-ТО ОСТАВИЛ ЧЬЮ-ТО КАРТОЧКУ В БАРАКЕ — И ЭТОГО ОКАЗАЛОСЬ ДОСТАТОЧНО ДЛЯ СПАСЕНИЯ ЖИЗНИ. САША ГАЛИЦКИЙ, ИЗРАИЛЬСКИЙ ХУДОЖНИК, РАБОТАЮЩИЙ СО СТАРИКАМИ В ДОМАХ ПРЕСТАРЕЛЫХ, РАССКАЗЫВАЕТ «БУКНИКУ» ИСТОРИЮ ОДНОГО СОВЕРШЕННО БУДНИЧНОГО ЧУДА.

А вот про любителя жанровых сцен Моше Абрамовича и немецкую ошибку на еврейской руке
Еще немного подробностей.

«… И вот однажды селекцию провели в самом блоке, а не на плацу… Это было так.
В середине каждого барака стояла печка, такой куб с двумя трубами по концам, примерно по полметра в каждую сторону.
А нары были возле стен. Мы лежали в ряд по 5 человек, прямо на голых досках.
Соломы не было.
Так вот. Пришел в блок какой-то врач. Все сейчас говорят: «Менгеле! Менгеле!»
Я не знаю, был ли это Менгеле. Какой-то врач, немец.
«Алес юден арибер ансайд!» Мы были в бараке все вместе — поляки, бельгийцы — всякие.
Евреев отогнали отдельно. Нам приказали раздеться и по одному подходить к врачу.
Кроме врача там были еще два эсэсовца.

IMG_5314.PNG

Один должен был говорить номер заключенного, а другой записывал этот номер.
Голые евреи по одному подходили к врачу, он осматривал их со всех сторон.
Рядом с врачом стояли два этих эсэсовца и записывали больных.
После чего каждый перешагивал через полуметровую печку.
Там собирались все вместе опять, только часть из нас уже была «записана».
Настала и моя очередь.
У меня на голени была тогда рана, я боялся и хотел быстро пройти, чтобы не заметили.
Когда врач сказал мне повернуться, я побежал вперед.
Но он вернул меня и заставил повернуться спиной. После чего меня записали.
Я в ту же секунду понял, зачем меня записывают. Я был приговорен к смерти.
Я никогда, никогда не забуду, какие мысли пронеслись у меня в голове…Какие?
«Что делать? Выхватить у эсэсовца пистолет и застрелить его…Убежать…»
Но некуда было бежать. Некогда было и думать…
Подошла моя очередь записывать свой номер у другого эсэсовца…

IMG_5316.PNG

Он взял мою руку и прочитал номер: ‘Hundert vierzig zwei Tausende fünfhundert siebzig sechs!’ (сто сорок две тысячи пятьсот семьдесят шесть). Зекце Зибицих! А мой номер Зекце Нойцег! ‘Hundert vierzig zwei Tausende fünfhundert neunzig sechs’! Девяносто шесть!
Когда мне ставили номер, недобили одну точку в цифре 9, и она стала похожа на 7…
Я только молил Бога, чтобы второй эсэсовец повторил эту ошибку…

IMG_5317.PNG
И он повторил этот ошибочный номер еще раз…
…Я перешагнул через печку и оказался снова между заключенными.
Некоторые стали меня успокаивать: «ничего, что тебя записали…ты уже отмучился…а нас еще будут бить…а ты уйдешь…»
Я молчал, и никому не говорил про ошибку эсэсовцев…
Я стоял и только молил Бога, чтобы не обнаружилась ошибка.

Прошло два-три дня. Мы уже знали эту процедуру.
Старший по блоку (поляк) должен был принести личные карточки заключенных и пойти с ними в комендатуру.
Когда он ушел, я зашел к нему в комнату (я не вру, клянусь своей семьей и внуками, я говорю чистую правду!)
и увидел, что моя карточка осталась в бараке, он ее не взял…
И я на 80 процентов понял, что останусь жить…

В тот же день прозвучала команда «Блокшпере!» и все зашли в барак. Пришли немцы, уже с собаками, и зачитывали номера. Они забрали записанных в тот знаменитый блок перед крематорием, о котором я уже рассказывал… Я остался… Те, кто меня успокаивали — недоумевали, почему меня не взяли? «Ведь тебя же записали?» — говорили они. «Меня?» — удивлялся я, — «меня никто не записывал»…

Только один мой друг, он сейчас живет в Гиватаиме (город недалеко от Тель-Авива), мы с ним иногда встречаемся и сейчас, — знал мою историю, как я остался в живых. По ошибке. Я не знаю, есть ли еще такие подобные случаи во всей истории Гитлера…
С тех пор не один раз мне приказывали пойти и исправить номер на более четкий — когда нам выдавали одежду, они всегда ошибались и я их поправлял…
Номер я не исправил».

IMG_5315.PNG

Booknik.ru
Саша Галицкий

IMG_5320.JPG

Share
В соц. сетях
Рубрики раздела
Архивы